• Архив новостей
  • Архив новостей
    ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
    272812345
    6789101112
    13141516171819
    20212223242526
    272829303112

СЕРВИСЫ
Каталог IT 
Разработка сайтов
Интернет-провайдеры

Отправить новость

Сообщите новость, интересную читателям 42.TUT.BY


  • Архив новостей
  • Архив новостей
    ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
    272812345
    6789101112
    13141516171819
    20212223242526
    272829303112
реклама

Белорусский ядерщик: "Свой адронный коллайдер Беларуси не нужен"


Анна Ермачёнок / фото: home.web.cern.ch, АтомТех, БГУ,

Ядерное приборостроение – одна из немногих высокотехнологических областей, в которой белорусские разработки поставляют в Японию и Швейцарию.

После международной конференции "Инженерия сцинтилляционных материалов и радиационные технологии" IT.TUT.BY встретился с замдиректора по научной работе Института ядерных проблем БГУ Александром Лобко и расспросил, какие белорусские следы можно найти на Большом адронном коллайдере, и что может предложить наша наука для гипотетического ускорителя с энергией в 10 раз большей, чем у него.


Что такое белорусские дозиметры, и почему их поставляли в Японию

Ядерное приборостроение занимается детекторами ионизирующих излучений, многие из которых построены на основе сцинтилляторов – веществ, способных излучать видимый свет при поглощении ионизирующих излучений.

Знакомый многим пример применения сцинтиллятора – в дозиметре, который определяет, насколько объект загрязнен радионуклидами. Более сложные приборы могут рассказать о других параметрах излучения. Эти данные используют на станциях радиационного контроля, геофизике, для измерения параметров искусственных генераторов ионизирующего излучения - рентгеновских трубок, ускорителей и многого другого. - Ядерное приборостроение – это методы и приборы детектирования излучения. Здесь есть и наука, и инженерия – как сделать вещества, которые будут определенным способом реагировать на ионизирующие излучения, как грамотно собрать свет, который появится в результате, как его усилить, обработать и как потом интерпретировать спектры, - объясняет Александр Сергеевич.



Детекторы, сделанные в Беларуси, считаются очень качественными. К примеру, после аварии на АЭС "Фукусима" именно к нашим предприятиям обращались за дозиметрами. В итоге поставили в Японию белорусские приборы.

- "Белорусские детекторы" – немного неточная формулировка. Сцинтилляционные материалы – основу детекторов – у нас не производят, - уточняет Александр. - Мы закупаем материалы, а часто и готовые детектирующие элементы, и потом из них делаем спектрометры. Наша часть – методика измерения, электроника, усиливающие тракты и обработка сигнала.


Как все начиналось: "Нужны были очень точные приборы"

Ядерное приборостроение, конечно, связано с проектом постройки собственной белорусской АЭС. Хотя основная "заслуга" в развитии отрасли связана не с Островецкой станцией, а с Чернобыльской.

- До трагедии на Чернобыльской АЭС были приборы, детектирующие излучение, нo они были рассчитаны на военное применение. После аварии пришлось создавать целую индустрию, чтобы определять малые дозы радиации, допустимые для человека: в стройматериалах, в мясе, в грибах и ягодах. Были нужны очень точные приборы. В итоге получилось создать приборы с очень низкими порогами, ниже некоторых мировых.



Хотя Островецкая АЭС еще только на этапе строительства, белорусские предприятия уже готовят детекторы, спектрометры и другие приборы для нее. Будут ли на АЭС стоять приборы белорусского производства, определит конкурс.

- Уже сам факт строительства АЭС подталкивает развитие технологии, инженерии. Ведь некоторые детали мы просто не можем поставлять – котлы, турбины – у нас нет такого производства, с нуля это все не строится. Так что в плане АЭС импортозамещение – вещь очень непростая.

Белорусы на Большом адронном коллайдере: "Фактически мы были представителями своей страны, но технически получалось, что выступаем от имени российского института"



Сейчас интересы специалистов в ядерном приборостроении переместились в сферу физики высоких энергий. Большой адронный коллайдер, который специалисты называют самым сложным аппаратом из всех построенных человечеством, тоже не обошелся без вклада белорусских ядерщиков. Отдельные детали для детекторов излучений изготовили на минских заводах. Более 10 научных сотрудников БГУ являются соавторами открытия бозона Хиггса.

- В ЦЕРН, где мы активно участвовали в построении некоторых детектирующих установок, мы имеем достаточно хорошую репутацию. Если описывать самыми простыми словами, коллайдер LHC - это два накопительных кольца, которые пересекаются в четырех точках взаимодействия. Вокруг каждой из этих точек расположен детектор определенной специализации. Два из них собирают данные, необходимые для поиска бозона Хиггса. В этих двух экспериментах участвовали белорусские ученые.

Кстати, любопытно, что хоть белорусы и участвовали в построении детекторов коллайдера, юридически они не представляли нашу страну.

- Белорусские участники не могли работать напрямую, поскольку Беларусь не является членом ЦЕРН. Конечно, фактически мы были представителями своей страны, но технически мы входим в группу ученых и специалистов из институтов стран-участниц Объединенного института ядерных исследований (ОИЯИ, Дубна, Россия). Беларусь является страной-членом ОИЯИ и платит свой членский взнос за участие в его работе. Чтобы вступить в ЦЕРН, также нужно иметь очень высокий научный уровень и платить членские взносы. Причем, чем больше взнос – тем больше возможностей для работы ученых. Россия, кстати, тоже не является членом ЦЕРН, хотя не так давно они получили юридический статус страны-наблюдателя. Дубна видимо останется участником этих работ, а Россия сможет участвовать отдельно.

Что будет, если коллайдер появится в Беларуси: "Есть хорошие вещи, которые проще не иметь у себя"

Может, нам пора строить свой коллайдер? – обратились мы с вопросом к Александру Сергеевичу.

- Такие вещи, как коллайдер, - очень дорогие во владении. Даже если нам его подарят, мы не сможем его обслуживать. Я люблю приводить студентам такой пример: молодой человек каким-то образом получает дорогой автомобиль. С одной стороны – все прекрасно, ведь хорошо владеть машиной. Но это до той поры, пока ему не придется ее обслуживать, заправлять, ухаживать за ней… И окажется, что стоимость владения ему не по карману. Есть хорошие вещи, которые проще не иметь у себя.



А вот без небольшого ускорителя заряженных частиц, по мнению ученых, белорусской ядерной физике и физике частиц приходится очень туго.

- Если вы хотите проверить отклик детектора – вам нужен источник излучения. Задумайтесь, сейчас мы строим АЭС. Атомная станция это, вообще говоря, целая индустрия, надо готовить специалистов. Человек, который читает ядерную физику, не должен рассуждать на словах, он должен сам получать научные результаты. А так получается пересказывание учебника и испорченный телефон. Может, преподаватель что-то неправильно понял в книге? А продемонстрировать не на чем. Мы в таких случаях обращаемся в Дубну, обращаемся в Гатчину, в ЦЕРН, в Германию. Если бы у нас была такая техника, то, наверное, многие научные проекты развивались бы более интенсивно, а обучение могло бы быть более предметным.

Новый проект ЦЕРН: "Через несколько лет люди подумают о создании нового коллайдера"

План работы Большого адронного коллайдера расписан до 2035 года. Однако ученые уже думают, как будет развиваться физика высоких энергий после того, как коллайдер отработает свою программу.

- ЦЕРН должен начать исследования по анализу создания новых ускорителей уже на следующей границе по энергии – повысить энергию столкновений частиц еще в 10 раз, чтобы войти в область новых знаний о материи. Поскольку коллайдер – это вещь уникальная, надо собрать вклады от всех желающих, кто хочет поучаствовать в этой работе. И сейчас организуется коллаборация, как сейчас это принято называть. Люди со своими научными вкладами решают общую задачу под управлением координирующего органа в лице ЦЕРН.

Мы тоже начинаем примыкать, у нас есть свои идеи, мы их предлагаем. Какие? Раз энергия больше, значит, будет происходить больше событий – чем больше энергия, тем больше частиц разлетается, соответственно их сигналы накладываются друг на друга. Соответственно, нужны более быстродействующие детекторы, который позволяли бы отделять их друг от друга. А современные детекторы во многом уже работают вблизи своих физических ограничений! Значит, нужно разрабатывать новые принципы детектирования. Кое-что предлагаем и мы.



Сейчас исследования нового коллайдера на стадии формирования интернациональных команд. Не факт, что новая машина вообще будет построена, но научный процесс запускается.

- Вполне вероятно, что эта машина не будет построена. Но просто поставить задачу – это уже прогресс. Несколько лет люди подумают в эту сторону, уже появятся новые знания. Что-то начнут пробовать, доказывать, ставить эксперименты, проверять принципы. Собственно, так наука и делается. В сентябре было заседание в ЦЕРН, где формировался Международный комитет коллаборации. Сейчас наш институт уже подписал с коллаборацией меморандум о взаимопонимании. Фактически все более-менее технологически развитые страны там присутствуют. И то, что мы можем туда попадать – это хорошо нас характеризует. Нас там принимают всерьез – а это важно.
Отправить новость
Сообщите редакции новость, интересную читателям 42.TUT.BY