СЕРВИСЫ
Каталог IT 
Разработка сайтов
Интернет-провайдеры

Отправить новость

Сообщите новость, интересную читателям 42.TUT.BY


реклама

Игорь Сукач: Слияния и поглощения в этом году будут просто неизбежны


Игорь СукачВ эфире Радио TUT.BY состоялась премьера авторской программы Юрия Зиссера "Экспертиза". Первым гостем, который отвечал на вопросы без купюр и преувеличений, стал генеральный директор компании ИП "Альтернативная цифровая сеть" Игорь Сукач. Эксперты в области развития в Беларуси глобальной сети Интернет поговорили о стоимости доступа и возможности ее повышения.
 
– Тема нашей сегодняшней экспертизы – цены на интернет. Сегодня оказалось, что "Белтелеком" понизил для провайдеров цены на 25%. Может, нам уже и говорить не о чем?

– Действительно, подарок от "Белтелекома" был и является достаточно серьезным. Это та скидка, которую он предложил для рынка. С другой стороны, провайдеры оказались в достаточно сложной ситуации с начала года. К сожалению, у нас нет возможности очень гибко обращаться со своими тарифами. Мы не могли, например, поднять их вслед за девальвацией, которая одномоментно произошла в начале января.

– А почему? velcom же поднял цены…

– Если бы "Белтелеком", допустим, играл на рынке сотовых операторов непосредственно и имел ту долю, которую он имеет на рынке передачи данных сотовой связи, я думаю, velcom‘у было бы это сделать гораздо сложнее, как впоследствии и МТС. "Белтелеком" занимает большую долю уже в настоящее время (более 70%), и фактически диктует те цены, которые он выставляет на рынке конечных потребителей. Это факт, от этого никуда не деться. Оператор, который претендует на какую-то массовость на этом рынке и выставляет цены значительно выше "Белтелекома", совершает просто самоубийственный шаг. Сейчас на рынке цен для конечных потребителей мы больше подстраиваемся под "Белтелеком". Цены "Белтелекома" не были изменены, и, естественно, это ограничило наши возможные реакции. Фактически положение было не самым лучшим.

– Почему? Ведь, казалось бы, всегда дешевле покупать интернет оптом…

– Несколько провокационный вопрос. Всем известно, что нам, операторам, "Белтелеком" формирует специальную услугу, которая в прейскуранте называется "С гарантированной полосой пропускания". И пока ее ориентировочная стоимость где-то приблизительно в три раза выше для операторов, чем для рынка конечных абонентов.

– А каким был разрыв в конце прошлого года?

– Разрыв этот практически поддерживается. "Белтелеком" снижает цены, это планомерность его политики. Цены снижаются как для операторов, так и на рынке конечных абонентов. Правда, во втором случае до сего момента это происходило несколько быстрее, чем на операторском рынке. И фактически разрыв между стоимостями для конечных абонентов и операторов увеличивался. Опираясь на релизы "Белтелекома", я знаю, что будет на рынке операторов передачи данных, но у меня еще нет окончательной информации, какие изменения произойдут на рынке конечных потребителей.

– Будет ли какая-то скидка к TIBO?

– Я не готов пока сказать.

– А как было в прошлые годы?

– Раньше всегда или выводились новые продукты, при этом не только "Белтелекомом", но и рынком в целом, или давались определенные скидки – даже не скидки, а уменьшение стоимости услуги.

– Почему цены для конечных потребителей выставляются в рублях, а для интернет-провайдеров – в долларах?

– "Белтелеком" выставляет цены в долларах на основании постановления Министерства экономики от 1998 года за номером 96. В тот период это постановление, наверное, было чем-то обосновано и оправданно. Я допускаю, что в калькуляции услуги, которую "Белтелеком" формировал для операторов, его валютные расходы превалировали. Тогда была своя ситуация, сейчас сложно даже в нее погрузиться – столько времени прошло. Сейчас уже я, например, не знаю, сколько "Белтелеком" платит в эквиваленте за один мегабит.

– А сколько это может быть? Я знаю, что, когда мы пытались купить каналы напрямую – не здесь, а в Москве, – получалась цена в 30 долларов, 50 долларов…

– Все же тут надо разделять каналы для операторов и каналы для конечных пользователей, будь то частный или корпоративный сегмент. Это разные услуги, и они по-разному оцениваются. Например, в Польше канал за один мегабит при соответствующем потреблении может стоить до 50 долларов для оператора. Аналогичная ситуация существует в России – опять-таки для операторов. Для нас в зависимости от объема есть определенные скидки, и цена варьирует от 700 до 1000 долларов. Я просто делаю вывод, что в калькуляции "Белтелекома" на услуги ситуация уже на самом деле изменилась, и валютные платежи в этой стоимости занимают минимальную составляющую.

– То есть мы, собственно говоря, и не знаем, сколько платит "Белтелеком", но можно предположить, что вам перепродают этот мегабит раз в 20 дороже?

– Нет, "Белтелеком" все же формирует несколько иную услугу. Это не просто канал в чистом виде. Я уверен, что в калькуляцию этой услуги входят, например, еще и некоторые магистральные составляющие: этот канал нужно довести из заграницы до места подключения абонентов – нужно проложить кабель. С другой стороны, при таком соотношении рублевых расходов и валютной составляющей было бы логично, чтобы тариф рассчитывался в рублях. На самом деле логично сделать нормой взаиморасчеты между субъектами одного государства в национальной валюте. Если бы нормой была оплата в рублях, то не было бы необходимости в уменьшении на 25%, которое сейчас сделал "Белтелеком". Ведь это уменьшение как раз покрывает произошедшую одномоментную девальвацию. А взаиморасчеты в рублях уже с января уравняли бы эту ситуацию.

– При таком раскладе какая часть доходов уходит "Белтелекому"?

– На самом деле мы очень многие вещи арендуем у "Белтелекома". Даже сам канал, за который мы платим. Кроме того, например, кабельная канализация, которая также принадлежит "Белтелекому". Мы арендуем инфраструктуру, по которой связываемся с абонентом. Это техническое обслуживание абонентских линий. Мы арендуем место для установки оборудования на телефонных станциях. То есть пока мы остаемся в рамках ADSL-провайдинга, пока мы не построили своей инфраструктуры, арендуем все.

– По данным предыдущего года, отчисления в "Белтелеком" для компании "Атлант Телеком" составляли 52% от выручки. Если рассмотреть январь-февраль, то отчисления достигли уже 62%. Надо отдавать себе отчет, что телекоммуникационный рынок (во всяком случае, рынок провайдинга, передачи данных) очень конкурентен. Цены на этом рынке складывались таким образом, что провайдеры, операторы редко когда достигали рентабельности в 20% – как правило, она меньше. В результате девальвации рентабельность (а мы получаем выручку в рублях) во многом сместилась к нулю.

– Это, видимо, общая ситуация по рынку. Есть ли какая-то угроза закрытия частных провайдеров вообще?

– С 20 апреля, возможно, ситуация немножко поменяется в лучшую сторону. Хотя я пока не знаю предложений, которые сделает "Белтелеком" на рынке конечных абонентов – рано еще окончательно анализировать ту ситуацию, которая может сложиться. Но, конечно, я предвижу, что станет проще. Появится денежный поток, и многие станут чувствовать себя на рынке более свободно.
Надо сказать, что "Атлант Телеком" – достаточно большая организация, у нас максимальное количество абонентов по ADSL-рынку (за исключением "Белтелекома"). Но меня всегда удивляло, особенно последние два года, как могут выживать те операторы, у которых клиентская база существенно меньше. Все же этот бизнес ориентирован на массовое оказание услуг. И я думаю, что изменение стоимости на 25% существенно не повлияет на ситуацию для мелких операторов. Им будет сложнее и сложнее. Я уже говорил и повторюсь, что слияния и поглощения в этом году будут просто неизбежны.

– Когда-то представители провайдера "Деловая Сеть" говорили, что чем крупнее провайдер, тем больше его расходы…

– Возможно, такая ситуация была, хотя я думаю, что "Деловая Сеть" несколько лукавила. Все же у крупных операторов есть больше возможностей для маневра, для балансировки своих тарифных планов. Но допускаю, что подобная ситуация была. Сейчас такого нет. Все же существует система скидок в зависимости от объема, которая прописана в тарифных планах "Белтелекома" для операторов. И чем крупнее оператор, тем меньше он платит за единицу в расчете, например, на 1 мегабайт.

– Можно ли говорить о бедственном положении частных провайдеров?

– Сейчас я бы так говорить не стал. Но это было справедливо для ряда операторов передачи данных. Особенно для тех, которые не успели накопить какой-то существенной абонентской базы. Сейчас условия станут проще. Хотя, повторюсь, для мелких операторов, мелких провайдеров ситуация не изменится. Если они были убыточны последние пару месяцев, то сейчас они будут на уровне нулевой рентабельности. В этом случае я бы отказывался от бизнеса.

– Вообще "Белтелеком" чуть ли не позже всех вышел на рынок ADSL и буквально за несколько месяцев, можно сказать, побил всех. У него огромные преимущества перед всеми частными провайдерами в количественных показателях подключений, да, наверное, и в финансовых показателях.

– Может быть, частные провайдеры вообще не нужны в стране?

– Я бы так вопрос не ставил. Более того, я думаю, мы нужны даже для самого "Белтелекома". И "Белтелеком" не был бы таким, которым мы его видим сейчас – а он очень сильно изменился за последние три года, – если бы не мы, не конкурентная среда, в которой он вынужден работать, и работать, надо признать, достаточно успешно. Но что касается ADSL-рынка, то у "Белтелекома" есть неоспоримые преимущества. Он владелец инфраструктуры. Естественно, он свои преимущества использует. И это, в общем-то, нормально для коммерческой организации, которой он и является.

– А почему вы тоже не можете проложить свою инфраструктуру, те же домашние сети?

– Это вопрос, на котором можно остановиться чуть подробнее. Прокладывать параллельно "Белтелекому" инфраструктуру ADSL, наверное, не имеет смысла. Имеет смысл делать что-то другое, что отличается по каким-то параметрам и может стать некоторым конкурентным преимуществом. Один из примеров – Ethernet-сеть. Ряд операторов планировал идти в этом направлении. Но для того чтобы развиваться в этом направлении, нужно как минимум иметь разрешение Мингорисполкома на строительство таких сетей. На самом деле приблизительно 2 года назад Мингорисполком создал комиссию, которая была призвана выдавать такие разрешения. Надо сказать, что за два года ни одного – подчеркиваю, ни одного – разрешения не было выдано. А все предыдущие, которые были выданы, были отозваны. Фактически если мы сейчас имеем возможность строить, то только на прямых договорах с кондоминимумами ЖСК, но отнюдь не массово в некоторых массивах городской застройки, то есть точечно. Это, конечно, распыляет наши средства. Мы строим такие сети. Но это делает инвестиции в данном направлении неэффективными.

– К сожалению, пока еще мы такие разрешения не получили, хотя, насколько я знаю, в Мингорисполкоме есть около тысячи заявлений на строительство домашних сетей, в том числе практически от всех операторов Минска. И они не удовлетворяются.

– Если бы все частные провайдеры объединились и попытались построить сеть, параллельную существующей еще с советских времен инфраструктуре, что-нибудь могло бы получиться?

– Надо сказать, что попытка объединить провайдеров предпринималась, причем одна из них действует еще и сейчас, правда, с немного другими целями, – это Ассоциация "Белинфоком". Туда входят не только провайдеры. Например УП "Надежные программы", или ТUT.BY, – тоже член этой ассоциации…

– Правда, мы не строим сетей…

– Мы пытаемся преодолеть те барьеры, которые существуют, в том числе в вопросах строительства инфраструктуры. Мы работаем с рядом министерств, например, с министерством строительства и архитектуры, с Администрацией Президента, для того чтобы снять эти искусcтвенно созданные барьеры. Строительство же самой инфраструктуры – это задача коммерческого предприятия, поэтому я бы не стал говорить, что это коммерческие провайдеры должны объединиться и построить какую-то одну новую структуру. "Атлант Телеком" готов инвестировать средства в строительство таких инфраструктур, привлекать инвестиции со стороны. В случае, если существующие барьеры будут сняты, я думаю, мы этот проект обязательно реализуем, и он будет успешным. Но пока что остается камень преткновения, который мешает масштабной реализации этого проекта. Уверен, что с помощью Ассоциации "Белинфоком" эти проблемы будут решены, и мы все же построим эту инфраструктуру.

– Мы уже почти два года в "Белинфокоме". Есть, конечно, отдельные успехи в части строительства. Но нет ли у тебя общего впечатления, что государственные органы по отношению к нам работают в какой-то степени как психотерапевты? То есть нас привечают, с удовольствием выслушивают, но при этом очень мало что меняется…

– За эти два года нам, действительно, не удалось кардинально изменить многое. Но стоило ли многого ждать? С другой стороны, именно мы были инициаторами, участвовали в принятии нового Закона "Об электросвязи". Он был принят в двух чтениях…

– Ну и где он сейчас?

– Да, к сожалению, на последнем этапе он не был принят Президентом как "несвоевременный". Но здесь-то уж я не вижу никаких рычагов влияния Ассоциации на ту ситуацию, которая у нас сложилась. Однако мы же взаимодействуем между собой. То, что сейчас выстраивается диалог с "Белтелекомом" – а он выстраивается именно в рамках Ассоциации "Белинфоком", – это очень важно. И не только для частных операторов, но и для самого "Белтелекома". В том числе и то снижение стоимости для операторов, которое "Белтелеком" сейчас продемонстрировал, является результатом взаимодействия и диалога бизнесов. Ради этого Ассоциация и создавалась.

– Нет ли у тебя такого впечатления, как у народа? Например, почитаешь форумы – это же просто ужас: "Белтелеком" – это злобный и гадкий монополист, которого нужно придавить, прибить и так далее… Насколько это так?

– Я перестал читать форумы лет пять назад – после того, как почитал форумы о себе, о "Белтелекоме" и других операторах. Мало того, на форумах, которые посвящены этой тематике, наберется, в лучшем случае, сто человек (а, как правило, это 10-20 активных "писателей"), которые только там и пишут, на одну и ту же тему. И не надоело ли им?.. Я не считаю сообщения на форумах той объективной информацией, которой стоит придавать значение.

– Но ведь все-таки люди в массе так и думают!

– Я не могу согласиться с тем, что люди думают так, как думают 10 случайных, наиболее активных людей на форуме. Боле того, я не согласен с тем тезисом, что "Белтелеком" – это вот то, что ты сказал выше. Ситуация гораздо сложнее. "Белтелеком" – это коммерческое предприятие. Государственное, негосударственное – какая разница. Будь я на месте "Белтелекома", я бы, пожалуй, во многом вел себя еще более жестко – это я гарантирую.

– С другой стороны, когда "Белтелеком" спросили, выгодно ли ему подписывать этот Закон, "Белтелеком" сказал: "Нет" – и Президент его не подписал…

– Я слышал эту версию, хотя и не знаю наверняка всю эту кухню. В общем, было бы странно, если бы "Белтелеком" соглашался с тем, чтобы снять монополию…

– Да, почему, собственно, "Белтелеком" должен хотеть снять собственную монополию? Ему нужно зарабатывать больше денег. Телефонизировать село и ни в чем себе не отказывать!

– Правильно, он ведет себя как нормальное коммерческое предприятие, поставленное в определенные условия. Ему дана была монополия – и он ее здорово использует. Другой вопрос: способствуют ли развитию отрасли эти условия, в которые поставлен "Белтелеком", а вместе с ним и все остальные операторы? И это уже не компетенция непосредственно "Белтелекома" – это компетенция Минсвязи, правительства, парламента, законодательства… Я, например, уверен в том, что сложившаяся ситуация (монополия "Белтелекома") не способствует развитию отрасли в целом. И я пытаюсь донести эту мысль, в том числе с помощью этого интервью, до тех, кто реально принимает решения. Чтобы эти решения все же были приняты, в том числе в Законе "Об электросвязи".

– Ну а чего мы, собственно, хотим от Министерства связи? 90-99 процентов оборота отрасли связи – это и есть "Белтелеком". Ну как же Минсвязи может дать в обиду свое предприятие?

– А что такое "оборот отрасли связи"? Если вы посмотрите основных налогоплательщиков Республики Беларусь (это публичный список), то "Белтелеком" идет строчками, которые не впереди сотовых операторов, а за ними. На самом деле идея о том, что "Белтелеком" формирует оборот отрасли, не соответствует действительности. Ее формируют сейчас сотовые операторы.

– У них больше прибыли, да. Но у "Белтелекома", наверное, больше оборот. Или нет?

– Абонентская база "Белтелекома" и сотовых операторов сопоставимы. А вот выручка на одного абонента у сотовых операторов на порядок выше.

– В принципе, да, мне доводилось слышать, что средние расходы семьи на сотовую связь составляют 75 тысяч рублей в месяц. А абонентская плата за городской телефон – 1 860 рублей в месяц. Как можно это объяснить?

– Действительно, диспропорция очень большая. Хотя не совсем справедливо говорить, что городской телефон – это 1 860 рублей в месяц. Это же только абонентская плата. И "Белтелеком" уже давно выходит с инициативой повысить эту стоимость. Точнее, я бы это назвал не повышением, а приведением в соответствие с реальными расходами на оказание услуги. Ведь очевидно, что текущая стоимость голосовой связи сама по себе нерентабельна. Мало того, есть соответствующая программа либерализации рынка, основная составляющая которой – это приведение тарифов на голосовые услуги в соответствие с расходами, понесенными на формирование этой услуги. Но, к сожалению, это не работает.

– Я так понимаю, что эта голосовая связь входит в социальный пакет услуг…

– Не знаю, во всяком случае, в городе я бы уже называл скорее сотовую связь социально значимой. Конечно, в данном случае я не целевая аудитория, но круг моих знакомых, включая моих сотрудников, фиксированной связью фактически не пользуется.

– Я дома уже забыл дорогу к городскому телефону.

– В результате мы имеем то, что мы имеем: "Белтелеком" не в состоянии окупить свои расходы на городскую и междугороднюю связь внутри страны и пытается компенсировать их за счет чего-то еще. Именно поэтому у нас такая дорогая международная связь, относительно недешевый интернет – во всяком случае, что касается канала для операторов.

– Две недели назад я был в Баку. Они там жаловались на то, какой у них "дорогой" интернет – целых 250 долларов за мегабит.

– В общем-то, если сейчас посмотреть на цены на рынке конечных пользователей, они сопоставимы с тем, что было в Баку. Единственное, что для операторов это слишком дорого, и они просто не имеют возможности сделать эту стоимость ниже для своих абонентов. Но, с другой стороны, в этой ситуации операторы вынуждены вводить довольно интересные тарифные планы, чтобы конкурировать "с изюминкой", за счет каких-то услуг, которые не являются международным трафиком, интернетом.

– То есть частные провайдеры становятся нишевыми игроками?

– Этот процесс, естественно, тоже идет. "Белтелеком" завоевывает большую долю рынка. Что делает "Атлант Телеком"? Мы выводим продукты с комплексом каких-то дополнительных услуг, опережая "Белтелеком" именно в этом направлении. То есть мы гибче. Мы даже гибче аналогов, которые есть в России, потому что у них нет необходимости так изворачиваться. Это и нам драйву прибавляет, и делает, я считаю, интересным рынок.

– По-моему, в России вообще убили рынок провайдинга для частных лиц. Я слышал, что "Ростелеком" ввел этот "СТРИМ", который стоит буквально 20 долларов в месяц, а с частных провайдеров берется 40 долларов в месяц за аренду.

– Это касается рынка ADSL. А ведь есть еще кабельные операторы, Ethernet-операторы, радиооператоры, которые успешно в Москве развиваются. Я думаю, мы неизбежно к этому придем, получив разрешение Мингорисполкома, которое опять-таки получим неизбежно.

– Насчет пакета дополнительных услуг, о котором ты говорил: оправдывает ли себя каким-то образом эта тактика?

– Операторы во всем мире, в том числе и у нас, ориентируются не на стоимость какой-то конкретной услуги. Есть термин ARPU – это средняя выручка с одного абонента за комплекс потребленных услуг. То есть каждая конкретная услуга может стоить много, мало, быть бесплатной – неважно. Важно, сколько абонент приносит оператору за все услуги вместе. И тут возможны несколько политик. Одна из них – мы делаем основную услугу дорогой, зато все остальное бесплатно. Другая – мы предлагаем множество каких-то востребованных услуг, каждая из которых недорогая. Пользователь начинает их потреблять и тем самым формирует это самое ARPU уже иначе – как набор этих маленьких услуг. "Атлант Телеком" идет именно по второму пути. У нас есть основная услуга, мы пытаемся сделать ряд предложений рынку с помощью некоторых дополнительных сервисов и получить вот это ARPU, которое на всем рынке – константа, просто достигается по-разному. И наши успехи говорят о том, что мы идем по этому пути достаточно уверенно.

– Задам подлый вопрос. Я долгие годы слышу, что интернет для частных провайдеров в два-три-четыре раза дороже, чем для конечных потребителей. Но ведь с экономической точки зрения это нонсенс! Ведь все провайдеры давно должны были бы закрыться. Почему этого не происходит? Как вы работаете себе в убыток?

– Мы не работаем в убыток. Были месяца два, когда мы работали близко к убыткам, а ряд операторов эти убытки реально несли. Но надо сказать, что, формируя продукты для различных категорий пользователей (корпоративный сегмент, частный сегмент), разбавляя эти продукты какими-то своими наработками (радио, которое у нас транслируется, видео-, аудиоархивы, игры), получалось как-то жить на уровне 15-20-процентной рентабельности. В принципе, это не совсем достаточно для того, чтобы активно и массированно развивать свою инфраструктуру за счет собственных средств, но это позволило развиться до того уровня, на котором "Атлант Телеком" находится сейчас.

– 15-20 процентов рентабельности может устроить только стабильный, состоявшийся бизнес. Но развивать бизнес с такой рентабельностью совершенно невозможно.

– Да, это непросто. Мы всю свою чистую прибыль реинвестируем в себя же. До сих пор это было возможно. Но сейчас я уже ставлю перед компанией цель вернуть рентабельность как минимум на 20-процентную планку, а лучше ее перепрыгнуть, чтобы в дальнейшем успешно развиваться. В том числе привлекая инвестиции.

– Как вы собираетесь привлекать инвестиции? А как же кризис? Ближайшие год-два, может, вообще никто давать деньги не будет. Говорят, что сейчас стоимость привлечения денег – 100 процентов годовых.

– Ну, может и не 100, но он сейчас выше, конечно, чем до кризиса. С другой стороны, деньги есть – они никуда не делись. И их можно получить. Да, процентные ставки по ним выше. Но и использовать их можно эффективнее. Ведь не секрет, что, например, стоимость работ в пересчете на доллары сейчас стала дешевле, а инвестиции на сегодняшний день поступают в основном в иностранной валюте. Если бизнес стабильный, прибыльный, рентабельный, то использование инвестиций – это нормальный шаг.

– И, в принципе, любой интернет-провайдер может привлечь инвестиции?

– При условии, что у него соответствующая финансовая эффективность, да.


Отправить новость
Сообщите редакции новость, интересную читателям 42.TUT.BY