108 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Прошло минут 30, и началось маски-шоу». Задержанные на студенческом мероприятии о том, как это было
  2. На воскресенье объявлен оранжевый уровень опасности
  3. «Ушло вдвое больше дров». Дорого ли выращивать тюльпаны и как к 8 марта изменились цены на цветы
  4. На ЧМ эту биатлонистку хейтили и отправляли домой, а вчера она затащила белорусок на пьедестал
  5. На 1000 мужчин приходится 1163 женщины. Что о белорусках рассказали в Белстате
  6. «Танцуем, а мое лицо прямо напротив ее груди». История семьи, где жена выше мужа (намного!)
  7. Минздрав сообщил свежую статистику по коронавирусу в стране
  8. Оловянное войско. Как учитель из Гродно преподает школьникам историю с солдатиками и солидами
  9. Как заботиться о сердце после ковида и сколько фруктов нужно в день? Все про здоровье за неделю
  10. «Молодежь берет упаковками». Покупатели и продавцы — о букетах с тюльпанами к 8 Марта
  11. Россия анонсировала в марте совместные с Беларусью учения. В том числе — под Осиповичами
  12. BYPOL выпустил отчет о применении оружия силовиками. Изучили его и рассказываем основное
  13. Минское «Динамо» в третий раз проиграло питерскому СКА в Кубке Гагарина
  14. «Очень сожалею, что я тренируюсь не на «Аисте». Посмотрели, на каких велосипедах ездит семья Лукашенко
  15. Минздрав опубликовал свежую статистику по коронавирусу: снова 9 умерших
  16. «Можно понять масштаб бедствия». Гендиректор «Белавиа» — про новые и старые направления и цены на билеты
  17. Изучаем весенний автоконфискат. Ищем посвежее, получше и сравниваем с ценами на рынке
  18. Кто стоит за BYPOL — инициативой, которая публикует громкие расследования и телефонные сливы
  19. Что критики пишут о фильме про белорусский протест, показанном на кинофестивале в Берлине?
  20. Еще 68,9 млн долларов. Минфин в феврале продолжил наращивать внутренний валютный долг
  21. «Хлеба купить не могу». Работники колхоза говорят, что они еще не получили зарплату за декабрь
  22. Насколько хорошо вы понимаете логику приговоров. Попробуйте себя в роли судьи. Игра
  23. Стильно и минималистично. В ЦУМе появились необычные витрины из декоративных панелей
  24. Суды над студентами и «Я — политзаключенная». Что происходило в Беларуси и за ее пределами 7 марта
  25. Стачка — за разрыв договора, профсоюзы — против. Что сейчас происходит вокруг «Беларуськалия» и Yara
  26. Госконтроль заинтересовался банками: не навязывают ли допуслуги, хватает ли банкоматов, нет ли очередей
  27. «Если вернуться, я бы ее не отговаривал от «Весны». Разговор с мужем волонтера Рабковой. Ей грозит 12 лет тюрьмы
  28. Я живу в Абрамово. Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать
  29. «Кошмар любого организатора». Большой фестиваль современного искусства отменили за сутки до начала
  30. Где поесть утром? Фудблогеры советуют самые красивые завтраки в городе


Google ZeitgeistВ день, посвященный конференциям, мы пригласили в студию Радио TUT.BY Юрия Зиссера, генерального директора УП "Надежные программы", который рассказал о недавно прошедшей конференции Google Zeitgeist, своем участии в ней, а также о том, как принцы хотят поделиться с Африкой интернетом, как можно управлять компанией подмигиванием и почему в эпоху кризиса нужно быть параноиком.
 

– Где проводилась конференция Google Zeitgeist и что означает ее название?

– Вообще, Zeitgeist – это в буквальном переводе "образ времени". Это и философский термин, и название известного фильма, и название раздела Google со статистикой популярных слов по разным странам и годам, и название конференции, которая проводится уже третий год под Лондоном.

– Google ежегодно публикует результаты итогового рейтинга, который также называется Google Zeitgeist. Освещался ли этот вопрос на конференции или совпадение только в названии?

– Абсолютно никак. По конференции и не скажешь, что ее проводил Google, потому что к интернету конференция имела мало отношения. Это был действительно "образ времени": и бизнес, и социальные, экономические, политические вопросы, и кризис.

– Чему была посвящена конференция?

– Действительно образу времени. Конференцию открывал замминистра иностранных дел Великобритании по бизнесу, предпринимательству и урегулированию лорд Мандельсон – совершенно блистательный человек, с юмором. Правда, фразы он строил такие гладкие, обтекаемые – в общем, настоящий политик.

Начал он с того, что утром прочел о появлении "убийцы Google" – нового поисковика. Все посмеялись. Затем он рассказал о трех китах экономической политики: рынок, социальная политика и сильное государство. Считается, что можно "поднять" только две составляющие из трех. Но на данный момент правительство Великобритании пытается поднять все три. Много говорил лорд Мандельсон и про кризис. Его вердикт, он же общий вердикт: от рынка никуда не деться, потому что это единственный способ инноваций и вовлечения миллионов активных людей в экономику. Также он говорил, что нельзя допустить ликвидации рынков и ликвидации капитализма. Но без госрегулирования никак. Неправда, что рынки отражают реальное состояние экономики – рынки часто ведут себя иррационально, что мы и увидели в кризис. Еще он вскользь сказал такую интересную вещь: иногда приходится сталкиваться с мнением, что медиа неправильно освещают события. Но политическому деятелю жаловаться на прессу – все равно, что жаловаться на погоду.

– Кто участвовал в конференции и какова была ее основная тема?

– Опять же "образ времени" – все, что происходит в мире, и все, к чему мы причастны. В небольшом зале было около пятисот человек. Из них где-то четверть – это высокопоставленные сотрудники Google, три четверти – всевозможные партнеры компании Google, к числу которых принадлежит и наша компания. Многие из этих гостей нам практически неизвестны: например, директор французского рекламного агентства, которое является третьим в своей стране по масштабу партнером Google. Они приносят Google всего лишь 50 млн долларов в год. А из СНГ было всего два человека.

– Почему было так мало участников из СНГ и не было гостей из России?

– А в России нет партнеров Google, там царство Яндекса.

– Расскажите, как выглядела эта конференция.

– Это были просто доклады от VIP’ов. Достаточно сказать, что выступали только три принца: принц Астурийский, коронованный принц Испании, который рекламировал Латинскую Америку; норвежский крон-принц Хокон призывал поделиться с Африкой хотя бы интернетом (самое интересное, что он единственный из принцев просидел на Zeitgeist все дни в первом ряду и очень внимательно слушал) и, наконец, выступал принц Уэльский.

– Какое впечатление произвел на вас принц Чарльз?

– Говорил он о важных вещах, о которых у нас вообще не думают, – об экологии. В последнее время он озаботился тем, что происходит вырубка лесов в Амазонии и Индонезии. А это наши легкие – если их вырубить, то значительно уменьшится количество кислорода в воздухе и нам всем нечем будет дышать. Его выступление начиналось британской социальной рекламой, главный герой которой – огромная зеленая лягушка. Когда он вышел на трибуну, то сказал: "Я – та самая лягушка из рекламы". Это было очень пикантно.

Вождь из Амазонии, рассказывающий о вырубке лесов в Амазонии
Вообще, я восхищен, как люди там владеют разговорным языком – нам учиться и учиться. Ведь если устроить подобную конференцию у нас – она была бы скучнейшей, чиновники зачитывали бы по бумажке факты. А там зал в какие-то моменты просто рыдал от смеха.

– Удалось ли вам пообщаться вне конференции с ее участниками? Компания была хорошей?

– Да, компания была симпатичная. Я общался с французами, израильтянами, американцами, представителями ОАЭ, Великобритании, Чехии, Польши. Но как мы, например, можем сотрудничать, что можем сделать друг для друга с тем же директором рекламного агентства из Франции или с чешским Saatchi & Saatchi? Со всеми ними нас ничто не связывает, кроме Google. То есть практической пользы из этого общения извлечь не удалось.

Эта конференция по большей части носила познавательный характер – это ведь не ярмарка и не выставка. Причем Google заботят именно социальные аспекты: была целая секция, посвященная социальной ответственности. Краткий вывод таков: бизнес должен волноваться о социальных проблемах раньше самого государства и в какой-то мере предупреждать и правонарушения, и все остальное. У нас пока только слабые ростки бизнес-ответственности: этим занимаются Satio, табачные компании, Coca-Cola, но это почему-то не волнует тех же продавцов мобильных телефонов.

– Давались ли конкретные рекомендации бизнесу в этом отношении? Приводились ли какие-то яркие примеры?

– Забавный пример был на секции СМИ, где говорилось о роли и ответственности СМИ перед обществом. Компания подобралась фантастическая: руководителем панели был главный редактор Financial Times USA, а участниками – главные редакторы или директора Times, El Mundo, Guardian, BBC, Vivendi. Я не знаю, как Google привлек всех этих людей, но они действительно там были.

Главный редактор El Mundo привел замечательный пример. Они попали к какому-то американскому чиновнику, битый час объясняли ему роль СМИ: что СМИ должны быть разными, представлять различные мнения, каждый должен выбирать это мнение сам. Чиновник час слушал, а потом говорит: "Нет, ну я все-таки не понимаю: почему вы, СМИ, не можете между собой договориться и выработать какое-то единое консолидированное мнение, чтобы человек прочел в одном месте – и ему все стало понятно? Почему не сделать что-то в формате Википедии?". Ему открыли Википедию, нашли статью о самом этом чиновнике, а там в конце раздел "Личная информация", и в нем написано: такой-то в прошлом году развелся со своей женой и теперь проживает с такой-то. Зал долго смеялся над этим примером, нарочно такого не придумаешь. Это иллюстрация того, что такое единое мнение. И главный редактор El Mundo заключил, что агрегаторы – это хорошо, но надо понимать, какой контент вы агрегируете.

– Чьи выступления вам запомнились больше всего?

– Меня, наверное, больше поразила фантастическая лекция по менеджменту. Вышел настоящий дирижер оркестра в белом костюме и на экране показал ролики канала Mezzo – разные интерпретации симфонической музыки. Например, один из дирижеров улыбается, отбивает ногой в такт музыке и только подмигивает своим музыкантам. У него, у музыкантов счастливые лица, и послушайте, какая классная музыка! Это похоже на выступление Спивакова. Другой пример: суровый дирижер, который директивно показывает музыкантам палочкой, когда вступать и так далее. Музыканты сильно напряжены. Этот стиль, наверное, не очень хорош: три года назад 80 оркестрантов миланского оркестра Ла Скала подали заявление с просьбой убрать их дирижера, потому что он не давал им развиваться, они чувствовали себя инструментами, а на деле хотели творчества. Затем снова возвращались к записи подмигивающего дирижера: вот, смотрите, сейчас валторнист сфальшивит. Сфальшивил. И дирижер посмотрел в его сторону. Вот он опять сфальшивил. Дирижер снова посмотрел в его сторону. На третий раз дирижер уже покачал головой. Можете быть уверены, что после репетиции будут разборки. Демократичность управления не означает вседозволенности. Важно, что есть оркестр, и все музыканты разделяют единый смысл музыки, страдают и наслаждаются одновременно. Хорошему дирижеру палочка не нужна, он дирижирует исключительно глазами. То есть на примере дирижирования симфоническим оркестром была проведена лекция по менеджменту.

– Были ли какие-то смешные выступления?

– Постоянно острили все. Смеху по ходу было много. Те же генеральные директора Google – Эрик Шмидт, главный визионер Ларри Пейдж – хохмили все.

– Какое впечатление произвели на вас руководящие работники Google?

– У меня сложилось такое субъективное мнение, что они играли на публику. Шмидт выглядит прожженным немецким менеджером, а Пейдж выглядит мечтателем, чуть ли не недотепой – но это не так, конечно. Как только они вышли на сцену, Эрик Шмидт сказал: "Я восхищен Ларри Пейджем, это лучший бизнесмен в мире". Все посмеялись, и Ларри Пейдж ответил: "А я уверен, что Эрик Шмидт – лучший бизнесмен в мире". На что Эрик Шмидт приобнял Ларри Пейджа и сказал: "Ты, наверное, хотел сказать, что я лучший директор в мире". Дальше они начали мечтать. И все выглядело так, как будто у Пейджа есть какие-то мечты, которые Шмидт воплощает в жизнь. Пейдж сказал, что он хотел бы, чтобы информация в поисковиках обновлялась бы не через неделю, а мгновенно, на что Шмидт ответил: "Сколько раз я говорил тебе, что это невозможно!".
Слева направо: Председатель и CEO Google Эрик Шмидт, сооснователь и вице-президент Google Ларри Пейдж и основатель группы Virgin Ричард Бренсон дискутируют об образе времени
Вообще, сложилось впечатление, что мы очень далеки от тех проблем и того мира, мы практически ничего не знаем о том, что там происходит. У них другие проблемы. Например, после выступления принца Чарльза на сцену вышел вождь амазонского племени в костюме, на голове у него была шляпа с перьями. Он рассказал о том, как у них в Амазонии вырубают леса – ведь европейцев заботит экология, природа. Или вышел Дитер Цетше, председатель совета директоров Daimler AG и руководитель подразделения Mercedes-Benz, и тоже рассказал, что требуются новые подходы к автомобильному бизнесу, автомобилистам осталось всего лишь два пути: электронизация либо "зеленый" путь. Заодно рассказал, почему они "развелись" с Chrysler: из-за невозможности внедрить даймлеровские технологии в авто Chrysler, не получилось экономии на масштабах, не получилось усилиться друг за счет друга – просто технически "не сошлись характерами".

– Обсуждали ли на конференции финансово-экономический кризис?

– Практически все время. Можно даже сказать, что это и было красной нитью. Туда даже пригласили автора всемирно известного бестселлера, книги "Черный лебедь". Написал ее философ и экономист Насим Талеб. Книга издана в 2007 году, и уже тогда он предрек экономический кризис. Вообще, там было три автора известных книг. На второй день, когда я пришел в отель, нашел у себя на кровати стопку из трех книг с открыткой: "Google Zeitgeist желает вам приятного полета домой и приятного чтения по дороге домой". Конечно, за три часа полета я их не прочел, но начал читать книгу "Черный лебедь" – очень интересно.
Принц Уэльский Чарльз рассказывает о вырубке лесов в Амазонии и Индонезии, которая может привести цивилизацию к кислородному голоданию
– Действительно ли Насим Талеб предсказал финансовый кризис?

– Может, не буквально, но он видел безответственное поведение финансовых институтов, о чем говорили все. Нельзя было давать необеспеченные кредиты – это было авантюрой. Говорили о том, что нужно четче все это просчитывать. Теперь, задним числом, все умны. Тот же Талеб говорил, что трагедии 11 сентября 2001 г. не случилось бы, если бы 10 сентября кто-то додумался сделать двери в самолетах из салона в кабину пилота бронированными – ничего бы не было вообще. Но тому, кто додумался бы до этой профилактики, в лучшем случае сказали бы спасибо, может, выплатили бы какую-то премию, но он не был бы героем. А председатель Нью-Йоркской фондовой биржи, который в 9.30 ударил в гонг и не побоялся этих взрывов, получил премию чуть ли не в 20 окладов за геройство. О тех, кто занимается профилактикой, никто даже доброго слова не скажет.

– Почему книга называется "Черный лебедь"?

– Раньше считали, что лебеди могут быть только белыми. И вот 200 лет назад, когда люди попали в Австралию, они увидели, что бывают черные лебеди. Это было потрясение. Слишком многое в жизни случается непредвиденно, поэтому планировать даже на 10, 20 лет вперед смешно – это не работает. Даже на завтра невозможно планировать. Нужно всегда быть параноиком и иметь в виду, что лебеди могут быть и черными.

– Что говорят в Европе о кризисе?

– Что это очень тяжело, это надолго, что выход из кризиса растянется примерно на 4-5 лет, пока показатели вернутся на уровень 2007-2008 года. Эту цифру называли практически все.

– Предлагались ли какие-то выходы?

– Вопрос на конференции так не ставился, но очевидно правильно то, что делают все правительства: берут кредиты, прокладывают финансовые подушки, стимулируют внутренний спрос.

– Можно ли как-то сравнить конференцию Google в Лондоне с минскими конференциями, на которых вам доводилось побывать? Может ли вообще кто-то сравниться?

– Многие минские конференции тоже хорошо организованы. Да и там была прекрасная организация, хотя возникали те же проблемы, что в Подмосковье на РИФе (Российском интернет-форуме) или КИБе (Конференции "Интернет и бизнес") – проблема расселения во многих отелях. Я также жил не в том отеле, в котором проводилась конференция. Вы представляете себе, что такое выезд в 7.30 утра, до этого уже надо позавтракать, собраться – это значит, что надо встать в 6 утра. А накануне первый рейс в этот отель – в 11 вечера. Понятно, что спать приходилось мало.

– Пригласили ли вы кого-то из Google на конференцию "Деловой Интернет", которая пройдет в этом году?

– Да, я пригласил, но не знаю, приедет ли приглашенный. Это региональный представитель Google по Центральной и Восточной Европе, Африке и Азии.

– Какие выступления несли для вас наиболее полезную информацию и информативна ли в целом была сама конференция?

– Мой уровень как специалиста, как менеджера поднялся. Я расширил свой кругозор. Но это не было что-то прагматическое. Надо понимать, что у нас совершенно другие проблемы, и нас мало волнует вырубка лесов в Амазонии или то, что наши автомобили должны быть "зелеными".

– А должно ли нас это волновать?

– Должно, просто до нас глобализация еще не дошла в таких масштабах. Нам нужно параллельно решать и свои проблемы, и общие. Мы должны чувствовать себя в глобальном контексте. На Западе, например, удивительная социальная реклама: там собирают реальные деньги на голодающих в Африке, где люди мрут как мухи. Я знаю голландца, который каждый год ездит в Кению и дает сто евро кенийцам на корову. Они покупают корову, выращивают ее, продают и на эти деньги покупают две коровы. Ну что ему дать сто евро! А в Кении это огромные деньги. У нас социальная ответственность только начинается, ведь часто человек не чувствует себя ответственным даже за свою семью – куда уж тут за все человечество.

– Что из услышанного на конференции вы сможете применить, вернувшись домой?

– Из лекции по менеджменту я получил лишнее подтверждение тому управленческому стилю, которого я придерживаюсь. Это все-таки не мое изобретение, а мировое. Я практически не издаю приказов, мы не голосуем, все делается почти подмигиванием. Эта лекция оказалась для меня очень приятной, я бы очень хотел добыть видеоролик этой лекции и показать его директорам наших заводов, да и не только заводов, а руководителям всех уровней снизу доверху. У нас все-таки еще комиссарский стиль управления: только ломом можно приказывать, а все остальное якобы человек не понимает. Мой 17-летний опыт руководства бизнесом убеждает меня в том, что очень даже хорошо понимает, и что лучше для результата, когда человек работает не из-под палки, не под принуждением, а когда он видит, может и ставит перед собой производственные цели и достигает их на благо фирмы. Человеку нельзя отбивать руки.


 

-10%
-30%
-20%
-50%
-20%
-5%