СЕРВИСЫ
Каталог IT 
Разработка сайтов
Интернет-провайдеры

Отправить новость

Сообщите новость, интересную читателям 42.TUT.BY


реклама

Интервью по понедельникам: МедиуМ, специалисты в области е-обучения


Интервью по понедельникам: МедиуМ, специалисты в области е-обучения Очередная беседа в начале недели посвящена системам и проблемам в сфере электронного обучения – вопрос мы обсуждаем со специалистами компании МедиуМ. Собеседники – Владимир Воробей, директор компании «МедиуМ» (Беларусь) и Андрей Дюсьмикеев, директор «МедиуМ» (Россия).
 
– Что такое электронные средства обучения в принципе? Как вы понимаете это понятие? Насколько оно широкое или узкое?

Андрей Дюсьмикеев (А.Д.): Если можно, то я немного коснусь истории. По одной из версий родоначальником дистанционного обучения является Советский Союз. В 30-е годы XX столетия для обучения инженерным и военным специальностям было призвано очень много людей. К сожалению, в то время советские вузы были недостаточно широко представлены со своими предложениями и приходилось учиться посредством почты. Впоследствии именно это и стало называться дистанционным образованием. Затем эту традицию переняли ведущие специалисты Великобритании и Соединенных Штатов Америки.

Таким образом, понятие дистанционного обучения начало расти. Оно растет и по сегодняшний день. Современный е-learning (есть такое понятие), как определяет ЮНЕСКО, есть не что иное, как обучение при помощи интернета и мультимедиа.

На сегодняшний день это понятие еще больше расширяется в сторону мобильного обучения (с помощью мобильных телефонов) и электронных книг. Возможно, завтра придумают еще какое-нибудь электронное средство, с помощью которого человек сможет учиться.

Вот это и есть система электронного образования – широкое и развивающееся во времени понятие.


Примеры электронных пособий:
для школ, для сотрудников банка (1), для сотрудников банка (2), для сотрудников банка (3)


– Как связаны ваши компании и какие задачи они выполняют в Беларуси и России?


А.Д.: ООО «МедиуМ Москва» является одним из ведущих разработчиков средств электронного обучения на рынке СНГ. В частности – на рынках России и Украины. Мы известны тем, что производим именно мультимедийные курсы с большим содержанием анимации, графики с различными ситуационными задачами, которые превращают курсы практически в игры для взрослых. Этим мы и знамениты на рынке России.

Соответственно, к нам обращаются компании, которые хотят иметь у себя в арсенале такие инструменты обучения.

Компания «Медиум Беларусь» является своего рода пионером на белорусском рынке и во многом идет по следам российской компании.



Владимир Воробей (В.В.):
Параллельно к разработке электронных курсов, мы также продвигаем на территории Республики Беларусь системы дистанционного обучения. На протяжении двух лет многие компании уже подключилось к такому виду обучения.

Кроме этого, мы оказываем еще и консалтинговые услуги в области электронного образования. У очень многих банков есть реальная необходимость в электронном образовании. Могу точно сказать, что пять банков уже установили у себя системы дистанционного обучения и есть еще два-три банка, с которыми мы ведем переговоры о внедрении данных систем.

– Сформировался ли уже в Беларуси рынок дистанционного обучения? Или же он находится еще в зачаточном состоянии?

В.В.: Конечно же, если сравнивать с российским рынком, то здесь еще работать и работать. Но сказать категорично, что «рынка нет» нельзя. Спрос есть и с каждым годом он увеличивается. Особенно после кризиса, когда компании стали обращаться и выходить на нас.

Если раньше мы активно искали, то сегодня на нас выходят напрямую.

– Клиентов стало проще подбирать?

В.В.: Хотелось бы, конечно, и лучше. Но тенденция к этому уже есть.

– На каком этапе сегодня находится российский рынок дистанционного обучения?

А.Д.: Для начала я приведу некоторые примеры из мировой статистики и потом российской. По опубликованным компанией Ambient Insight "Worldwide Market for Self-paced eLearning Products and Services: 2009-2014". Объем мирового рынка электронного обучения в 2009 году составил 27 миллиардов долларов. По прогнозу, к 2014 году его объемы будут составлять около 50 миллиардов долларов. Но думаю, что на самом деле объемы перекроют эту цифру.

Самыми быстрорастущими сегментами является Азия – с ежегодным приростом на 40 % и Восточная Европа (страны СНГ), ежегодный прирост которых составляет около 25 %. Естественно, что Восточная Европа опережает и Латинскую Америку, и Северную Америку, поскольку там рынок уже довольно большой и уже развит.

Объем российского рынка в 2010 году сейчас оценивается примерно в 20-22 миллиона долларов в год. По итогам года, я прогнозы читал, он выйдет на 30 миллионов долларов.

– И каждый год он растет на 20-25%...

А.Д.: Да, но в России он растет как-то быстрее –около 30-35% в год.

– Навскидку: какой процент от российского рынка составляет белорусский?

А.Д.: Думаю, что где-то около 1%, наверное. Это нормально. Для рынка, который зародился буквально на наших глазах, такие хорошие тенденции позволяют надеяться, что рынок будет расти и удваиваться практически с каждым годом.

– Уже есть предпосылки для такого роста?

А.Д.: Мы сами не торопим рынок и не хотим, чтобы торопился он. Мы проводим соответствующие семинары, чтобы разъяснять людям, что одного желания устроить у себя систему электронного образования – мало. Для этого нужно чтобы и компания, и кадровый потенциал компании все доросли до какого-то уровня, а не только менеджеры самого высокого уровня. В этом и есть цель и главная проблема электронного образования – его аудиторией должны быть все сотрудники компаний среднего звена. Это как минимум. Они должны быть готовы к внедрению электронного образования, поэтому здесь лучше не спешить.

– На рынке наверняка есть компании-первопроходцы, которые активно культивируют эту тему и продвигают. Вы могли бы назвать основные сектора для Беларуси, для России, где работают эти компании? Можете назвать компании где достаточно сильно выстроена система внутреннего электронного образования?

А.Д.: В России ситуация развивалась достаточно просто. Такую же тенденцию в развитии она имеет и в Беларуси. Первыми с электронным образованием познакомились и стали ее у себя внедрять – западные компании, пришедшие работать в Россию.

Точно так же и в Беларуси – это западные, а также российские компании, пришедшие работать в Беларусь. Они тянут за собой технологии и внедряют процессы, которые позволили бы использовать электронное образование.

Понятие «мода на электронное образование» является очень важным для рынка. Наиболее крупными российскими компаниями, которые стали это внедрять, стали компании, как правило, финансового сектора, где имеется распределенная сеть сотрудников, вынужденных постоянно поддерживать свою квалификацию на достаточно высоком уровне. Именно такая система позволит стандартизовать эти знания и постоянно их обновлять в текущем режиме.

Здесь важную роль сыграла ситуация, когда в России в конце 90-х годов появились новые, так называемые «волки-менеджеры», которые уничтожили старую элиту, старую партийную гвардию и на своих плечах пронесли в менеджмент компании все современные тенденции мирового и европейского уровня. Этим и была облегчена ситуация в России. В Беларуси ситуация несколько иная.

В.В.: Конечно, если сравнивать Беларусь с Россией, то здесь всех можно по пальцам пересчитать. В основном это, конечно же, банковский сектор. Есть несколько компаний, которые, как уже было сказано, имеют представительство в России. Думаю, что большое будущее за вузами, потому что они уже начали активно развивать электронное образование. Многие уже внедрили у себя данные системы. Единственное, с чем сталкиваются вузы – во многих учебных заведениях работают преподаватели старой закалки, которые зачастую просто не умеют пользоваться компьютером и очень сопротивляются каким-то нововведениям. И как только удастся преодолеть этот пенсионный барьер, то вузы начнут более активно внедрять необходимые нововведения.

– А почему только вузы? А школы, лицеи, ПТУ? Будут ли востребованы электронные средства в этих учебных заведениях? Или они уже там есть?

В.В.: Действительно, они уже есть. Работает целая программа по автоматизации и информатизации средней школы, в рамках которой выполнено уже более 20 проектов. Эта программа длится уже порядка 5 лет

Мы постоянно участвуем в данной программе, каждый год выигрываем тендеры и разрабатываем два-три курса для школьников и ПТУ.

А.Д.: В этом году, как раз для профессиональных лицеев, мы делаем два продукта.

– Какого рода эти продукты? Что это – учебник или наоборот, система для приема тестов по какому-либо предмету?

А.Д.: Это учебники по общеобразовательным курсам – физика, математика, английский язык, ОБЖ. В этом году мы разрабатываем курсы «технологии швейного производства».

– Если вам понадобится рассказать человеку старой закалки, что такое электронное пособие, что вы будете делать? В лучшем случае, он представит, что это «учебник, который видно на мониторе». Но это же совершенно не так! Какие возможности и наиболее востребованные функции имеет интерактив, который так активно внедряется? Что это?

В.В.: В первую очередь, это, действительно, интерактивные вещи, с которыми интересно и легко работать – и для студентов, и самому. Это и видео, и анимация. Здесь же могут быть включены различные контрольные вопросы, которые позволяют проверить, насколько человек освоил данный учебный курс.

А.Д.: Я дополню. Мы просто пытаемся разнообразить контент – во многих случаях именно пытаемся. Вы правильно заметили, что многие представляют себе электронную книгу, которую нужно переворачивать, а в конце – сдать тест.

Мы посвятили свою жизнь развенчанию данного мифа и пытаемся сделать все, чтобы убрать электронную книгу, как таковую, из курса вообще и пытаться изучить тот или иной предмет при помощи системы ситуаций, системы кейсов из повседневной практики целевой аудитории.

Например, если взять восьмой класс, то все, что он встречает в жизни со своими друзьями или родителями, – все это описано с физической точки зрения (съедание мороженого, почему оно тает). Если это профессионалы в какой-то области, например, инженеры, то для них мы создаем имитационную модель их технологического процесса, установки, которая позволяет им нажимать все клавиши и включать все лампочки и тумблеры, которые они включали бы в реальной жизни если бы не боялись, что их цех взлетит оттого на воздух. Но мы даем возможность проиграть им все возможные ситуации вне кризисной ситуации.

Фактически, мы ратуем за симуляторы как таковые и за симуляторы в основе учебного процесса. Этим-то мы как раз и знамениты на российском рынке. За что очень многие нас и ругают, и хвалят. Это же мы продвигаем и в Беларуси и в том числе отрабатываем, когда создаем школьные учебники.

– Насколько я знаю, электронные курсы – это не только учебники. Они позволяют, например, в кабинете химии, заменить ряд колб с реактивами, а в кабинете физики – ряд дорогостоящих установок для проведения опытов. Это так или нет? Или же все-таки надо как-то совмещать интерактивные и реальные пособия?

А.Д.: Наша задача не заменить, а дополнить, чтобы был вариант выбора. Преподаватель должен выбирать сам. Возможно, электронные средства обучения помогут ему сформулировать домашнее задание для ребенка, который не сможет унести домой все необходимые пробирки и реактивы. Но если именно так использовать электронные средства обучения – как дополнительное образование – то оно позволит ответить ему на те или иные вопросы, которые учитель-тренер не смог или не успел ответить. Когда человек занимается самопогодготовкой, он может и имеет право и хочет экспериментировать. И мы даем ему средства для такого эксперимента.

– Как раз совсем недавно заместитель министра образования Беларуси, Казимир Фарино, сказал, что «необходимо разумно сочетать электронные и традиционные средства обучения». Вы согласны с этим? Каким должно быть разумное сочетание данных средств?

А.Д.: Если человек не участвует в процессе, то информация практически не усваивается. И не важно, что это будет – видео, мультфильмы или листание учебника. Но как только ребенок начинает принимать в этом участие, нажимая педали, используя мышь или же тыкая пальцем в тачскрин, то только в таком случае у него включается процесс познания. Но это уже относится к тому, кто мы – кинестетики, или какой-то другой психотип. Это, безусловно, имеет значение. Но все равно, практически у всех людей только когда человек участвует в процессе, только тогда он познают мир.
 

– Может ли электронный способ обучения заменить традиционный?

А.Д.: Такой вопрос все время всплывает, но на него еще никто однозначно не ответил. Мы, как профессионалы, зарабатывающие на данном рынке, должны сказать, что может. Но на самом деле лично я так не думаю (улыбается) В любом случае нужен учитель или преподаватель, как старший пример, как «тьютор», который направляет – какие нужны знания, в какой области нужны.

Другое дело, что у нас обучение – это, традиционно, немецко-российская школа, которой уже много веков. Когда человеку дают дисциплину с палками – стоят и долбят. Англо-саксонское образование совершенно другое – оно направляющее. Нельзя сказать однозначно, что плохо из них, а что хорошо. Традиции! Человек должен иметь выбор. И этот выбор тебе помогут сделать учителя, какие бы они ни были: плохие или хорошие.

Я считаю, что Министерство образования реализует очень хороший и нужный проект по разработке электронных учебников. Если бы он ещё имел какое-то продолжение и эта программа, например, популяризировалась для родителей, то было бы гораздо полезнее, именно как дополнительное образование.  

Обучить только электронными средствами или только книжкой в школе не получится просто. Именно поэтому и необходимо принимать дополнительные шаги.

– Чего не хватает белорусскому образованию в плане внедрения новых технологий? Мы выяснили, что сегодня ещё достаточно преподавателей старой закалки, которые отрицают все новее. Но ведь наверняка это – не единственная проблема.  Наверняка не хватает денег…

В.В.: Да, это самое главное, чего им сейчас не хватает. Или может быть не хватает ещё энтузиастов, которые бы это все поддерживали.

А.Д.: Вот, правильно! Не хватает «оплачиваемых энтузиастов».

 Деньги всплывают, всё равно!..

А.Д.: Да-да. Энтузиазм лишь до какой-то степени имеет место быть – его нужно поддерживать. Именно такой программы не хватает. Государственной, или частной инициативы в этой области. Именно белорусский фонд – не западный, который будет нам давать на это деньги! Нет, они будут давать деньги на совсем другое – чтобы в нашей стране никто не состоялся. Но это предмет другой дискуссии.

Нужен именно частный или государственный фонд, который бы поддерживал инициативу здесь. А инициатив очень много! Мы работаем с кучей белорусских авторов по школьным учебникам, среди которых есть очень много одаренных авторов, которые бы хотели. Приходят письма. Пишут дети, и их родители, и авторы: все пишут «доработайте вот так» или «измените вот так». Почему нет? Да, эта инициатива должна быть такая: всё время идти-идти-идти!

За всё образование мы не будем отвечать – это дело неблагодарное и не наше. Мы за то, что такие инструменты должны быть в постоянном развитии. Например, сегодня мы предложили не использовать компакт-диски и DVD-диски, потому что это носители, которые буквально в наступающем году уже отомрут. Сегодня все делается на порталах, в интернете. Но материальная часть, или та часть, которую необходимо записывать в бухгалтерский листок и в накладную – присутствует и превалирует среди людей, принимающих решения в виде того, что диск все-таки нужен.  Мол, диск это то, что мы можем взять с собой на склад. А что такое портал? Иди потом, мол, и ищи этот портал…

И мы делаем все, чтобы данную ситуацию поскорее пережевать.

– В России сегодня появилось очень модное слово – модернизация. У вас президент – весь из себя, такой продвинутый. Сказывается ли это как-то на образовании? Или там те же проблемы, что и в Беларуси?

А.Д.: У нас президент, безусловно, продвинутый, потому что я белорусский гражданин. А если вы имеете в виду их президента, то безусловно, модернизация в российских эшелонах власти является словом №1, на котором также завязаны многие процессы. В частности, электронное образование посетило Госдуму. Очень многие Институты власти сегодня внедряют у себя систему электронного обучения. Это является просто огромным плюсом, так как у них, как и в Беларуси налажен просто огромный документооборот. Именно работать с этим документооборотом, с решениями, которые должны приниматься на том или ином уровне в соответствии с новыми документами – такая задача стоит перед новыми системами электронного образования. Я считаю, что для России это широкий шаг, который был сделан на переходе между Владимиром Путиным и Дмитрием Медведевым. Также это и большое достижение.

– Появились ли такие фонды, про которые вы говорили ранее?

А.Д.: Да, в России это государственные фонды, которые направлены на поддержку именно средств электронного обучения. Также много и отраслевых фондов. То есть это не единый общегосударственный фонд, а именно отраслевые – в области медицины, промышленности, финансовой сферы, которые, кстати, финансируются с завидной регулярностью.

– Вы заметили, что кризис сильно подстегнул развитие рынка обучения. В связи с чем это произошло и какие дальнейшие перспективы? Достаточно ли кадров уже сегодня для новых отраслей экономики, в том числе модернизируемых? Или основной пункт переподготовки несколько «схлынул»?

А.Д.: Этот вопрос многогранный и я бы сказал, что такое количество менеджеров самого разного направления никакой стране не нужно – ни России, ни Беларуси. Пока это такое количество, которое еще не скоро перерастет в качество. Поэтому есть такой аспект, что учить дальше неизвестно чему менеджеров неизвестно какого образования – не имеет смысла.

Компании должны рассматривать электронное образование только в русле четкой своей специализации. И именно тенденция сохранения своей специализации сегодня имеет огромное значение и для белорусских, и для российских компаний. А это, как правило, очень узкое направление – переквалификация кадров. И когда в ту или иную компанию приходит менеджер или экономист, то системы электронных курсов он начинает с нуля, потому что ему не назначат собственного тьютора или мастера, чтобы те ввели его в курс. Эта система построена для того, чтобы всех этих сто человек новых, которые пришли на работу, приподнять на определенный уровень. Система образования такого рода просто ни с чем не сравнима – такой возможности просто нет как в Беларуси, так и в России.

– Вы оказываете услуги консалтинга. Как правильно организовать процесс обучения в компании? Что обычно вы рассказываете своим клиентам и заказчикам, которые приходят и говорят, что было бы хорошо поднять и у них такую систему?

А.Д.: Первый вопрос, который мы обсуждали с клиентами – нужно ли им электронное образование вообще. Они должны сами себе доказать, что это им нужно.  Это целая система анкетирования и анализ тех процессов, которые сейчас построены в компании по развитию персонала. Не так давно у вас была встреча с Александром Паньковым, который частично коснулся вопросов обучения менеджменту и развития менеджмента компании. Мне очень понравилось это интервью. Так вот именно менеджер должен знать ответы на вопросы, уже отучившись на своих курсах и поняв, что он знает, что не знает, какие процессы в компании нуждаются в апгрейде. И если он поймет, что процесс развития персонала является основным процессом, который нуждается в апгрэйде, вот тогда мы уже и переходим к обсуждению средств развития этого процесса, одним из которых  является средство электронного обучения.

– Насколько эффективны удаленные семинары, видеоконференции в организации корпоративного обучения?

В.В.: В отдельных случаях они просто необходимы, особенно, если компания имеет много офисов, находящихся удаленно друг от друга. Взять хотя бы пример – Росгосстрах, который имеет несколько сотен филиалов по всей России, которые собрать в одном месте просто невозможно. В таком случае обучение дистанционно можно проводить из одного, головного офиса и все контролировать.

– А как же тимбилдинг и другие модные слова? Когда много народу съезжается из одной компании, которые обмениваются опытом, проводят «кулуарные беседы» и так далее?

В.В.: Как уже говорилось ранее, нельзя все заменить электронным образованием. Обязательно должно быть еще и живое общение. Только комплексно – живое общение и дистанционное обучение дадут ощутимый результат.

А.Д.: Этим летом был хороший пример тимбилдинга. В России есть компания «Никомед», которая была вынуждена перенести тимбилдинг, связанный с центром  электронного обучения – из Москвы на время перенесли в другой российский город. Там же собрали лидеров, а остальных подключили с помощью сети. В период летнего смога это замечательно помогло и просто колоссально снизило расходы на респираторы и противогазы. Поэтому – чем хорошо электронное обучение? Его можно перенести в любое место и качество от этого не пострадает.

 А еще не менее важны средства электронного обучения, а именно – современный уровень аппаратно-программного обеспечения, который позволит в видеоконференцию включить еще и интерактивную доску с комментариями всех присутствующих и зарегистрированных на этом сеансе. То есть каждый сможет задать вопрос или сделать пометку на доске лектора.

Сегодня эти инструменты развиваются и это уже возможно. Когда человек выступает, показывая позади себя поуэр поинтовские экраны, то это уже не то – этого не достаточно. Еще раз вернусь к тому, что когда человек принимает участие – он учится. Когда он задает свои вопросы, тогда и начинаются беседы, завязываются дискуссии. И тогда всем интересно и все учатся. А когда это – живая голова на фоне поуэр поинтовских слайдов – это, конечно, здорово – если живая голова относится к президенту. Остальное же будет не очень здорово и никто не будет слушать.

– В начале октября вы проводите конференцию по электронному обучению и называется она, если не ошибаюсь, «Е-грабли». Какие «грабли» вы там будете обсуждать? И почему обучение дистанционное, электронное, а конференция получается – реальная?

А.Д.: Завтра мы примем решение, что эта конференция не состоится. Несмотря на то, что электронное обучение развивается – здесь, в обществе, есть совершенно разные тенденции и совершенно разные течения.

Мы готовили конференцию и около 50 компаний были потенциальными участниками. Десять компаний подтвердили свое участие, а остальные 40 – под тем или иным предлогом ушли от возможности  даже заочно представить кейсы о своих ошибках  по внедрению электронного образования или рисках.

Наши менеджеры стали глубже копаться, встречаясь с людьми и оказалось, что людей нужно готовить признавать свои просчеты публично. Потом мы получили ряд официальных подтверждений тому, что главные специалисты, которые хотят развиваться и в дальнейшем сохранить свою карьеру – пока еще не готовы публиковать или рассказывать про свои «грабли».

Поэтому было решено не отменять эту конференцию, а перенести ее на весну. Мы уже проводили весной ряд таких же конференций. За это время мы подготовим общественное мнение, подсобираем неудачных кейсов. Скажу, что кейсы компании готовы предоставить, но без имен, фамилий и названий компаний.  Есть народ, который хочет и может рассказать про свои ошибки.

Что же касается своих кейсов на эту тему, то их – пруд пруди. И повиниться сегодня в чем-то… Не знаю. Готов ли я сам?

– Хорошо, подождем до весны. Кроме консалтинга  и самих электронных учебных пособий вы разрабатываете также и системы, средства для организаций всего этого образования. Как построены процессы? В Беларуси у вас основные разработчики, а в Москве – какая-то отдельная часть по управлению или же это два независимых офиса, частично дублирующих свои функции?

В.В.: Белорусский офис связан с продажей и внедрением. Мы являемся официальными дилерами компании WebSoft на территории Республики Беларусь, которая является лидером по продажам своего программного обеспечения именно на российском рынке. И действительно, данное программное обеспечение является одним из лучших. Сами мы разработкой систем дистанционного обучения не занимаемся, а занимаемся непосредственно его продвижением и внедрением.

За период более двух лет мы уже достигли определенных результатов. В Беларуси инженеры, которые занимаются внедрением и доработкой этих пакетов, привносят здесь тот опыт по внедрению такого рода инструментов, который уже накоплен в России. А в России есть кадровая база, которая занимается разработкой и внедрением готовых программных компонентов, наработанных в этом бизнесе за десять лет. Затем они продают эти компоненты, дорабатывают их до готовых курсов и продают консалтинг и точно также делают внедрение на территории России.

– Можно ли сказать, что белорусский офис экспортирует часть своих продуктов?

А.Д.: Да, безусловно. Прежде всего, технологии отрабатываются на белорусской базе, а потом мы их дорабатываем и внедряем на территории России.

– Вы не собираетесь или, возможно, уже являетесь резидентами Парка высоких технологий, как экспортеры IT-услуг?

А.Д.: Пошел уже второй год, как мы собираемся это сделать.

– А что мешает?

А.Д.: Скорее – ничто не помогает это сделать. Наш пакет был готов еще прошлой осенью и мы подали его в парк высоких технологий. Но так случилось, что сначала нам сказали «Подождите!», а потом мы действительно решили подождать. И вот так мы ждем до сих пор. При всем этом особой заинтересованности ни с той, ни с другой стороны не наблюдается. А поскольку в России есть определенные тенденции к поддержке, независимо от того, входит компания в парк высоких технологий России или не входит, то, в принципе, в России эта задача решается проще – и с преференциями, и с развитием.

Основную задачу мы решаем в России. А белорусский рынок… Пока он развивается, мы будем его активными участниками и, возможно, попытаемся присоединиться к Парку высоких технологий еще раз.

– Каким вы видите рынок средств электронного обучения в Беларуси в ближайшие пять лет? В каких направлениях он будет развиваться?  И основные направления – куда будет двигаться рынок?

А.Д.: Здесь можно сказать, что рынок будет двигаться во всех направлениях и увеличится количество систем дистанционного обучения, внедряемых в различные компании. В первую очередь рынок будет развиваться в области электронных курсов, потому что сегодня это востребовано – и вузы работают, и к нам компании достаточно активно обращаются, как к специалистам в этой области.

– Это будет рынок корпоративного обучения или массового обучения, включающий общеобразовательные школы и вузы?

В.В.: Я бы сказал, что будут развиваться и тот, и другой рынки. В большей или меньшей степени – трудно сказать, кто лучше сделает старт.

А.Д.: Позволю себе добавить. На белорусском рынке мы видим также некую задачу несения в массы определенной идеи. Если нарисовать конкретно, то наша задача заключается в том, чтобы людей, которые этим интересуются, этим занимаются, в это верят и что-то могут привнести в это дело, стало как можно больше. Именно люди делают любую технологию и любое осознание необходимости и средств решения этой задачи.

Из тех людей, которые нам звонят, пишут, мы никого не отсылаем и ни от кого не отписываемся. Мы всех с удовольствием привлекаем как к работе над конкретными электронными продуктами, так и вообще к идее распространения такого рода инструментов.  То есть люди – это главное. Я так считаю.

– Несмотря на всю электронику?

А.Д.: Да.

– Традиционный вопрос «Интервью по понедельникам» – что бы вы пожелали зрителям, слушателям, читателям портала TUT.BY?

А.Д.: Безусловно, смотреть «Интервью по понедельникам» на портале TUT.BY с интересными людьми, интересными технологиями, которые они представляют на белорусском рынке и чтобы люди вникали в эти технологии, потрудились для себя как-то обрисовать эту необходимость.

В.В.: Пусть им повезет,  и они будут пользоваться все-таки хорошими  учебными курсами и использовать самые последние достижения науки и техники.
 



 
Отправить новость
Сообщите редакции новость, интересную читателям 42.TUT.BY