107 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Очень сожалею, что я тренируюсь не на «Аисте». Посмотрели, на каких велосипедах ездит семья Лукашенко
  2. «Скорее ад замерзнет». В МИД Литвы отреагировали на требование о выдаче Тихановской
  3. Оперная певица, которая троллит чиновников и силовиков. Кто такая Маргарита Левчук?
  4. «Танцуем, а мое лицо прямо напротив ее груди». История семьи, где жена выше мужа (намного!)
  5. На 1000 мужчин приходится 1163 женщины. Что о белорусках рассказали в Белстате
  6. Оловянное войско. Как учитель из Гродно преподает школьникам историю с солдатиками и солидами
  7. На ЧМ эту биатлонистку хейтили и отправляли домой, а вчера она затащила белорусок на пьедестал
  8. Стачка — за разрыв договора, профсоюзы — против. Что сейчас происходит вокруг «Беларуськалия» и Yara
  9. На воскресенье объявлен оранжевый уровень опасности
  10. Кто стоит за BYPOL — инициативой, которая публикует громкие расследования и телефонные сливы
  11. Что критики пишут о фильме про белорусский протест, показанном на кинофестивале в Берлине?
  12. Где поесть утром? Фудблогеры советуют самые красивые завтраки в городе
  13. Надпись в книге, провластные автопробеги и акции солидарности. Что происходит в стране 6 марта
  14. Лукашенко: КГБ вам в ближайшее время расскажет, сколько сюда тротила завезли. И даже пластита
  15. Насколько хорошо вы понимаете логику приговоров. Попробуйте себя в роли судьи. Игра
  16. У кого больше? Подсчитали, сколько абонентов у A1, МТС и life:)
  17. Стильно и минималистично. В ЦУМе появились необычные витрины из декоративных панелей
  18. «Кошмар любого организатора». Большой фестиваль современного искусства отменили за сутки до начала
  19. Лукашенко рассказал, что сделал бы, «если бы в стране была настоящая диктатура» и о своем «дворце»
  20. Минское «Динамо» проводит третий матч Кубка Гагарина против СКА. Онлайн
  21. Помните, сколько стоили машины на авторынке в Малиновке 20 лет назад? Сравнили с современными аналогами
  22. Динаре Алимбековой не хватило секунды, чтобы выиграть медаль в спринте на КМ по биатлону
  23. «Хлеба купить не могу». Работники колхоза говорят, что они еще не получили зарплату за декабрь
  24. По обновленному КоАП судили айтишника из квартала «Пирс». На его балконе БЧБ-флаг держался с августа
  25. Генпрокуратура возбудила уголовное дело против BYPOL
  26. Минздрав сообщил свежую статистику по коронавирусу в стране
  27. МАРТ — ЕЭК: Беларусь не нарушает своих обязательств по применению ассортиментных перечней товаров
  28. Не с того начали. Бизнес-союз резко ответил на предложение МНС побороться с зарплатами в конвертах
  29. «Парень выдержал полгода». История мотоциклистки, которая в 25 лет стала жертвой страшной аварии
  30. Госконтроль заинтересовался банками: не навязывают ли допуслуги, хватает ли банкоматов, нет ли очередей


В последнее время борьбе с пиратством в России, судя по заголовкам в прессе, уделяется все более пристальное внимание. Однако если отвлечься от риторики и взглянуть на факты, то окажется, что какого-то системного подхода к этой борьбе пока не просматривается. Можно вспомнить разве что нашумевшую историю с закрытием торрент-трекера Torrents.ru или кампанию, поднятую одной студией звукозаписи против пользователя одной крупной соцсети. В остальном же борьба с пиратством сводится пока к декларативным заявлениям.
 
Об усилении борьбы с нелицензионным распространением контента думают и в других странах мира. Так, на прошедшем в Париже Всемирном конгрессе по борьбе с пиратством и контрафактной продукцией вопросам охраны ПО, музыки и фильмов посвятили не меньше внимания, чем вопросам борьбы с контрафактными сигаретами, лекарствами и запчастями. При этом участники конгресса, в числе которых был и генсек Интерпола Рональд Ноубл, традиционно отметили, что именно интернет придал новый виток росту пиратства как явления.
 
В разных странах борьба с компьютерным пиратством ведется по-разному - все зависит от размеров рынка компьютерного ПО в каждой отдельно взятой стране, а также от позиции правообладателей-лоббистов. Например, во Франции или Ирландии к борьбе с распространением нелицензионного ПО или пиратского контента привлекают интернет-провайдеров. В США должность куратора по вопросам интеллектуальной собственности появилась прямо в администрации президента страны. Кстати, именно власти США поставили под сомнение справедливость оценок ущерба, который пираты причиняют правообладателям.
 
Данным материалом "Лента.ру" открывает цикл интервью, посвященных борьбе с пиратством. В рамках этого цикла наш корреспондент будет беседовать с представителями сторон, заинтересованных в борьбе с незаконным распространением программного обеспечения, а также аудиовизуальной продукции. Участником первого интервью стал старший юрист крупнейшего производителя ПО - компании Microsoft - Дэвид Финн. Дэвид работает в подразделении, занимающемся борьбой с пиратством и контрафактной продукцией.
 
"Лента.ру": Расскажите, с кем в первую очередь борется Microsoft? Против кого направлены инициативы вашей компании?

Дэвид Финн: В юридическом подразделении Microsoft по борьбе с пиратством работают 75 человек, большая часть из которых ранее были заняты в правоохранительной сфере. И одно из ключевых направлений нашей деятельности - изучение каналов распространения пиратского ПО. Таким образом, мы можем найти связь между диском, купленным на развале в Москве, с похожим диском, найденным в канадском Монреале или в маленьком городке в одном из американских штатов.
 
Установить эту связь можно, даже если на диски записано ПО на разных языках - для этого специалисты изучают уникальные отметки, нанесенные на это ПО. И после детального изучения подобных дисков можно сделать вывод, что все они были выпущены преступной группой, находящейся, например, в Китае.
 
Задача Microsoft - снижение общего уровня пиратства по всему миру. Мы используем подход под названием "три "E": "education" (обучение), "engineering" (разработки) и "enforcement" (преследование). При этом усилия компании не фокусируются лишь на каком-то одном из них.
 
В частности, Microsoft сотрудничает с правительственными органами разных стран и проводит масштабные кампании, рассказывая о рисках использования пиратского ПО. Важная роль уделяется защите интеллектуальной собственности. Так, большие ресурсы вкладываются и в разработку более сложных систем безопасности, которые препятствуют "взлому" программ.
 
Дело в том, что Microsoft тратит большие средства на инновационные разработки. И мы вынуждены бороться с теми, кто зарабатывает на продаже нелицензионных версий разработанного нашей компанией ПО. Однако в первую очередь мы ориентируемся на борьбу с крупными преступными сообществами, чей нелегальный бизнес охватывает большое количество точек распространения и широкую аудиторию.
 
 - Какое ПО Microsoft наиболее всего подвержено пиратству?

 - По нашим оценкам, чаще всего нелицензионно распространяются ОС Windows и пакет Office. Также за последнее время мы отметили рост уровня пиратства серверных решений. Однако в случае с группой китайских хакеров, которые "взламывали" решения Microsoft, речь, как оказалось, шла не только о Windows или Office. Они выпускали пиратские версии в общей сложности 19 программ Microsoft.
 
При этом очевидно, что пиратство - это в первую очередь бизнес. Поэтому те, кто вовлечен в пиратство, ориентируются на взлом и незаконное распространение именно востребованных на рынке решений.
 
 - Как выстроена отраслевая система борьбы с пиратством? Кто в ней участвует?

 - Главными партнерами бизнеса по борьбе с пиратством являются пользователи и потребители товаров и услуг. Именно эти люди зачастую обращаются к компаниям с информацией, что они приобрели контрафактный товар. На основе информации, полученной от этих людей, мы и проводим расследования. Как я уже говорил, не последнюю роль в борьбе с пиратством играют власти, которые заинтересованы в снижении уровня преступлений, связанных с интеллектуальной собственностью.
 
 - Также в этой активности задействованы продавцы программного обеспечения. Ведь не только Microsoft получает прибыль от продажи собственных программных продуктов. Существенная часть этих доходов остается у реселлеров. Так что борьба с пиратством является совместной инициативой всех участников экосистемы.
 
 - Наряду с защитой ПО все актуальнее становится борьба с пиратством в Сети. Интернет уже давно стал одной из основных площадок для распространения нелицензионного контента. Какие усилия прикладываются к борьбе с пиратством в Сети?

 - За последние годы мы значительно увеличили расходы на борьбу с пиратством в интернете. Для сравнения: несколько лет назад в сотрудничестве с правительственными органами Microsoft ежемесячно закрывал около десяти тысяч сайтов по всему миру, на которых размещались ссылки для скачивания ПО. Сейчас этот показатель вырос в 80 раз и составляет уже 800 тысяч.
 
Интернет превратился в крупнейшую торговую площадку. А с ростом товарооборота в Сети неизбежно увеличивается и количество контрафактных товаров, в том числе пиратского ПО. Очевидно, что пираты и в дальнейшем будут использовать интернет для распространения нелицензионных решений. Так что можно с уверенностью предположить, что и бюджеты компаний, направленные на борьбу с пиратством в Сети, также будут расти.
 
 - Теперь перейдем к самому спорному вопросу: оценке уровня ущерба от пиратства. Многие аналитические компании, звукозаписывающие студии и кинокомпании, а также отраслевые организации, наподобие Business Software Alliance, традиционно выступают с оценками экономического ущерба. Причем эти оценки зачастую кажутся пользователям завышенными. Что вы думаете о механизмах оценки ущерба?

 - Начнем с того, что экономический анализ влияния пиратства на отрасль действительно нужен. Однако он вовсе не является основным инструментом борьбы с этим явлением. Роль подобных исследований, скорее, заключается в том, чтобы донести до широкой аудитории, какой именно ущерб наносит отрасли пиратство. И, как мне кажется, этот инструмент на практике оказался эффективным.

Понятно, что не все согласны с методикой оценки, используемой BSA. В частности, коэффициент перехода с пиратского ПО на лицензионное, пожалуй, действительно не равняется единице. Однако он очень близок к этому показателю. Этому есть простое доказательство. Возьмем в качестве примера торговую улицу Канал-стрит в Нью-Йорке. Там можно купить контрафактные часы Rolex за 10 долларов, притом что их цена на самом деле составляет несколько тысяч. Очевидно, что те, кто покупают часы там, вряд ли приобретут настоящий Rolex - уж слишком велика разница в цене.
 
Когда же речь идет об использовании программного обеспечения, очевидно, что пользователи самостоятельно выбирают тот продукт, который им необходим. И когда люди устанавливают на компьютеры Windows или Office, они делают это потому, что хотят получить доступ к возможностям именно этих продуктов. И если бы у них не было возможности установить пиратский софт, они, скорее всего, приобрели бы лицензионную версию.
 
При этом важно отметить, что не все пользователи устанавливают пиратское ПО осознанно. Зачастую пользователи и не отдают себе отчета в том, что пользуются пиратским ПО. Так, им могут установить пиратское ПО под видом легального продавцы компьютеров, или же они могут самостоятельно приобрести пиратскую версию ПО, будучи уверенными, что на самом деле покупают лицензионный продукт.
 
 - Какой ваш прогноз: возможно ли победить пиратство?

 - Думаю, что да. И в качестве примера давайте обратимся к истории. В 1990-х годах уровень пиратства в странах Западной Европы составлял 79%. Сейчас он опустился до 34%. И это общий тренд: уровень пиратства программного обеспечения снижается, и это происходит по целому ряду причин. В первую очередь благодаря усилиям по защите интеллектуальной собственности. Эта отрасль оказывает существенное влияние на экономику: она создает рабочие места, стимулирует рост налоговых отчислений и, не в последнюю очередь, развивает предпринимательство и инновационные разработки. Причем в этой сфере власть и бизнес вместе противодействуют пиратству.

Исследования ущерба от пиратства

Согласно данным организации Business Software Alliance, ущерб от пиратства в 2009 году составил 51,4 млрд долларов. Методика BSA заключается измерении количества установленных пиратских программ. После этого аналитики рассчитывают стоимость легальных версий подобного ПО и выдают получившуюся сумму как ущерб от пиратства. В подобной схеме расчета не учитывается, что не все пользователи будут пользоваться лицензионными версиями ПО, если их лишить возможность поставить пиратский "софт". Данные по 2010 году пока не приводятся.
-10%
-5%
-5%
-10%
-15%
-20%
-15%
-10%
-20%