Поддержать TUT.BY
63 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Видеоурок. Как выбраться даже из глубокого снега без буксира
  2. Бывшему милиционеру дали 2 года «химии» — за оскорбление оперативника
  3. «Даже взгляд сфокусировать не мог». Поговорили с родными ученика, который после школы с ЧМТ попал в больницу
  4. В России ищут 80 вагонов для поставки бронетранспортеров БТР-80 в Беларусь. Разбираемся, в чем дело
  5. «В 115 ответили: «Ну вы же взрослые, сами решите». Как жила минская Малиновка без отопления и горячей воды
  6. Послы Польши и Литвы так и не вернулись в Минск после отзыва в свои столицы осенью. Это надолго?
  7. «Условия крайней необходимости». СК отказался возбуждать дело на милиционера, который в Жодино ударил женщину в лицо
  8. Выросла на ферме и вышла замуж за парня, с которым встречалась 10 лет. Лучшая биатлонистка прямо сейчас
  9. «200 гостей гуляли два дня». Как сложилась судьба новобрачных, которых искали читатели TUT.BY
  10. В ТЦ «Пассаж» конфликт: предприниматели остались без света, работать не пускают охранники
  11. Бывший студент БНТУ подал иск, чтобы отменить свое отчисление. Вот что решил суд
  12. 18-летней Софии, которая расписала щиты военных, дали два года колонии. Ее другу — полтора
  13. Милиция так и не смогла найти, кто повредил мотоцикл байкера, который лихо уходил от погони ГАИ во время протестов
  14. «Муж старше моей мамы на два года». История пары с большой разницей в возрасте
  15. Новый КоАП вводит правило «первого раза» для водителей: за какие нарушения сначала не будет штрафа
  16. Московский суд арестовал белорусского бойца Алексея Кудина на два месяца
  17. Минск лишили права проведения чемпионата мира по современному пятиборью
  18. Условия, отношение и распорядок. Что пишут о жизни в колонии и СИЗО фигуранты «политических» дел
  19. «Поток ринувшихся к границе превратил окраину Бреста в «прифронтовую полосу». Как нашим уже пытались запретить выезд
  20. Двое детей, с женой в разводе. Кто тот минчанин, который поджег себя на площади Независимости
  21. Пять лучших сериалов о сексе, от которых точно кайфанут зумеры
  22. Акции протеста, самоподжог на площади, Тихановская в Совбез ООН. Что происходило в Беларуси 22 января
  23. Опасный прецедент. Во что нам может обойтись отказ Yara от контракта с «Беларуськалием» (и почему все это важно)
  24. На продукты, лекарства и детские товары подняли НДС. Рассказываем, что должно заметно подорожать
  25. Норвежская компания Yara отреагировала на заявления «Беларуськалия» по возврату уволенных работников
  26. «Противопоставление официальным комментариям». Генпрокуратура передала в суд дело журналиста TUT.BY и врача БСМП
  27. Шахтеры, которые ушли в стачку, ответили на обещания «Беларуськалия» взять их обратно на работу
  28. В Совбезе ООН выступили Тихановская и Латушко — напомнили о репрессиях. Постпред Беларуси спросил о свободе слова
  29. ТВ-горки и стенки канули в прошлое. Дизайнеры рассказали, какие полки и TV-тумбы в тренде
  30. «Лукашенко меня не обувал, чтобы я сейчас переобулась». Анжелика Агурбаш об отношении к ситуации в стране


Николай Щетько,

Современный мир немыслим без телекоммуникационных сетей, объединяющих телефоны, компьютеры, телевизоры, холодильники и даже людей. Одной из крупнейших компаний, производящих решения для сетей, является американская Cisco Systems.

Павел Бурба, глава представительства Cisco в Беларуси и странах СНГ, в очередном "интервью по понедельникам" рассказал, куда есть смысл дальше информатизироваться нашей стране, стоит ли серьезно относиться к "облакам", ну и, конечно, как себя чувствует один из мировых ИТ-гигантов в нашем регионе.

Смотрите, слушайте, читайте:

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (22,05 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать видео

– Расскажите о компании. Как она работает в нашей стране, СНГ? Почему офис, управляющий бизнесом Cisco в нескольких странах, базируется в Минске?

– В данном случае, что называется, кадры решили все. Традиционно компании фокусируются на более крупных рынках, и рынки типа белорусского и стран СНГ они пристегивают к крупным рынкам. Некоторое время Cisco шла по этой модели, но примерно 4 года назад мы обратили более пристальное внимание на малые страны в попытке разобраться, какой там есть бизнес. Первой ласточкой для меня и моих сотрудников было открытие представительства в Беларуси, потом нам последовательно доверили вести бизнес компании в еще восьми "малых" странах СНГ - считаю, это произошло во многом в знак признания исключительного профессионализма наших сотрудников. В некоторых из этих стран уже были представительства (в частности в Узбекистане и Азербайджане), в одной из стран мы открыли представительство - в Грузии (экспериментальный офис в Тбилиси, который выглядит как домашний офис одного человека, притом, что у нас есть юрлицо и вся организация), а с остальными работаем удаленно, из Минска.

С недавних пор мы вновь работаем в составе региона, традиционно называемого Россия-СНГ, при этом я являюсь главой представительства в вышеуказанных странах, а все основные бизнес-процессы нашей компании на 9 "малых" рынках идут через моих сотрудников.
 
– Как давно и как успешно вы работаете в Беларуси?

– Представительство зарегистрировано в 2008 году. Степень успешности можно оценивать цифрами. Могу сказать, что в результате нашей работы и работы наших партнеров наши цифры выросли в разы, при этом рост был не с нуля. К моменту открытия у компании были определенные позиции в республике, и рост не с нуля уже исчисляется разами. На внутренних собраниях мы периодически видим наши имена и страны в числе лидеров роста, развития результатов. В принципе, все складывается, как надо. 

– Как у вас обстояли дела в прошлом году?

– Помогла диверсификация. Поскольку люди работали на нескольких рынках, то в момент, когда белорусский рынок остановился и бизнеса не было, мы сфокусировали усилия на других рынках. Наш регион от этого ничего не потерял, мы продолжали очень быстро расти. Те несколько месяцев, когда бизнес в стране развивался очень медленно или остановился, мы занимались другими территориями. Как только проблемы отошли назад, все вернулось: отложенный спрос выстрелил очень сильно. Практически все, что мы предполагали сделать и что отложилось, мы вернули в конце прошлого и начале этого года. 

– Где, в каких компаниях представлена Cisco в Беларуси?

– Список большой: все крупнейшие операторы связи являются нашими клиентами, очень большое количество клиентов находится в промышленном и финансовом секторах, которые традиционно во всем мире работают с Cisco. Конечно, резерв для нашей работы в Беларуси еще очень большой. Это связано с тем, что пул технологий, которыми обладает компания Cisco (и которые активно используются за рубежом), используется в Беларуси на треть. Стандартные вещи типа коммутация-маршрутизация само собой используются всеми нашими клиентами. Вещи а-ля информационная безопасность, IP-телефония, бизнес-видео, технологии совместной работы – все они используются либо в зачаточном состоянии, либо вообще не используются. Из всего пакета, который может предложить Cisco, я вижу еще 60% резерва роста в разрезе технологий. 
 
К примеру, известный факт, Cisco на сегодня второй номер в США по серверам и в мире – на третьем. Начав два года назад, на сегодня мы очень быстро занимаем ниши и доли рынка. По виртуализации мы фактически лидеры. В Беларуси пока произведены лишь штучные продажи серверов Cisco. Поэтому нам есть к чему стремиться и над чем работать, мы никогда не почиваем на лаврах. В Cisco я впервые услышал фразу – ‘heroes to zeroes’, она означает: последний день финансового года закончился, следующая секунда щелкнула, и мы пошли к достижению новых, всегда амбициозных целей.
 
– Как на вашу компанию повлияла активная работа в Беларуси китайских телекоммуникационных компаний? Чувствуете ли вы прессинг с их стороны?

– Китайских или других конкурентов мы очень хорошо видим. Не буду скрывать, мы хорошо знаем их слабые и сильные стороны. Благодаря им мы развиваемся. Нам не мешает их присутствие, мы не слишком пересекаемся. Если посмотреть портфели бизнеса, то у нас разный бизнес, хоть и прилагается к одним и тем же клиентам. И нам, и им есть над чем работать. 
 
– Что интересного будет в этом году? Какие интересные технологии внедряются на базе оборудования Cisco в Беларуси? Какие новинки можно отметить?
 
– К сожалению, мы не можем раскрывать "имен и лиц" наших клиентов, но очевидно, что всех нас интересует вопрос улучшения качества услуг в области передачи данных. Мы все пользователи интернета, нам всем хочется, чтобы это было дешевле и быстрее. Я думаю, подвижки будут достаточно большие. Есть несколько операторов связи, которые строят мощнейшие системы, оптимизируют существующие системы. Это однозначно приведет к улучшению качества услуг. Я думаю, в этом году реальным станет недорогой, но качественный доступ. 

В области работы сегмента enterprise, промышленных и финансовых компаний очевидно идет внедрение технологий сотрудничества, того, что на английском называется collaboration.
 
Я в последнее время встречался с несколькими руководителями крупных структур, которые говорили мне то, чего я не слышал три года назад: "Я хочу видеть лица своих подчиненных, которые находятся удаленно. Я не хочу ездить в командировки, мне надоело 20 дней в месяц находиться вдали от дома и семьи". Раньше мы этого не слышали, сейчас не я вывожу людей на этот разговор, а они сами мне это говорят. Мне кажется, это говорит о том, что в ближайшее время технологии  совместной работы, бизнес-видео станут востребованы. Я думаю, все это закончится одним большим красивым облаком для каждой организации. Соответственно, будут работать облачные технологии, технологии центров обработки данных. Наверняка в этом году в Беларуси появятся очень интересные проекты.
 
– Вы говорите о взаимодействии. Может, если люди не сильно искушены в этих вопросах, им будет достаточно Skype-видеоконференций?
 
– Это абсолютно нормальная ситуация. Я лично (хотя со мной не согласятся очень многие) не считаю Skype (по-крайней мере в самой популярной, бесплатной версии) нашим конкурентом: это разные сегменты рынка. Я знаю людей, которые, работая в очень больших корпорациях с оборотом в миллиарды долларов, всю свою международную работу вели через Skype. Теперь многие из них изменили свое мнение и используют, как минимум, симбиоз открытых и закрытых систем коммуникаций – выбирая тип коммуникаций в зависимости от ситуации.
 
Сегодня возможность поддержания бизнеса в рабочем состоянии является приоритетом номер один. Известно множество случаев, когда после выхода из строя ИКТ-систем, на срок до одной недели, бизнес заканчивался, корпорация разваливалась. Поэтому поддержание работоспособности и конфиденциальности является ключевым моментом. Не буду скрывать, я тоже пользуюсь несколькими открытыми системами коммуникаций, но  для личных целей. Все, что касается работы, должно проходить в защищенном режиме, паролироваться, VPN-иться. Поэтому все зависит от того, для каких целей человек использует систему: для личных – можно использовать любую открытую систему. 
 
– От вопроса интересных проектов мы перешли к вопросу тенденций в целом на рынке. Я бы хотел попросить вас более детально остановиться на этих моментах. Насколько тенденции, которые вы видите для Беларуси, сектора ИТ, информатизации, сравнимы с мировыми тенденциями? Насколько мы отстаем? 
 
– На прошлой неделе я был в командировке, и у меня возник теоретический спор с моим коллегой, который утверждал, что "Беларусь – это Россия 7 лет назад". Когда мы начали обсуждать, на чём базируется это утверждение, быстро стало понятно, что это совсем не так. Де-факто все технологии, которые сегодня считаются мейнстримом, применяются в Беларуси. Сегодня нет ни одной технологии, которая не запущена и которая при этом считается важной и правильной во всем мире.
 
Что касается услуг, то основной тенденцией здесь будет последовательный перевод всего в онлайн. Я заметил, что я уже очень негативно отношусь ко всему тому, что я не могу заказать в онлайне. Недавно мне пришлось заказывать билеты, и я был возмущен, что могу их забронировать, но не могу получить их в электронном виде. В нашей жизни все будет последовательно двигаться в сторону онлайна, того, что в Cisco называют "any deviсe, any place".

Недавно я насчитал количество IP-адресов, которые живут в моей квартире, и сам удивился – их уже 15. Это при том, что я не считал мобильные телефоны. Я живу в многоквартирном доме и запустил сканер, чтобы посмотреть, сколько Wi-Fi сетей, и насчитал 12! Все люди живут в онлайне, и то, что так или иначе связано со сферой услуг, будет двигаться в сторону онлайна. 
 
Недавно я смотрел ролик на одном из крупных порталов, там американцы анализировали рынок мероприятий. Ролик был приурочен к SuperBowl-у, который был в выходные. Для Америки это мегамероприятие, вся страна собирается у телевизоров. Люди анализировали, что будет происходить на арене.

То, что мы смотрим придя туда – это одна десятая часть предполагаемых услуг. Начиная с того, что каждый на своем телефоне будет видеть повторы, иметь возможность заказать на место гамбургер, кока-колу, заканчивая тем, что можно будет делать в онлайне ставки. Более того, в режиме реального времени компания предлагает футболку, которая стоит 50 долларов, но зная, что ты сейчас на арене, они предложат ее тебе за 25 долларов. Все это благодаря технологиям. Это возможно делать, зная, что человек находится в конкретном месте. 
 
Благодаря тому, что у нас много устройств, которые имеют mac-адрес, во всем, что мы делаем, будет происходить персонализация. Этот тренд совершенно очевиден и в Беларуси. Не знаю, насколько быстро мы к этому придем, но недавно я видел передачу, где в юмористическом характере один американец рассказывал: "Я сижу в самолете, рядом со мной сидит человек и пользуется интернетом. В какой-то момент интернет в самолете пропадает, и он крайне возмущен этим". Если вдуматься, о чём мы говорим, то на высоте 10 тыс. метров мы пользуемся интернетом, работаем, как будто мы находимся в офисе, пользуемся рабочим телефоном и вдруг, когда это пропадает, мы крайне возмущены. Пять лет назад мы об этом не могли и подумать. В Беларуси мы идем в эту же сторону. Вопрос, насколько мы платежеспособны. Я думаю, что подобные вещи быстро приживаются, люди просто этим живут: это намного упрощает жизнь. 
 
– Каких возможностей не хватает белорусскому телеком-сектору, кроме платежеспособности? Какие услуги или технологии стоило бы внедрить операторам связи?

– С технологической точки зрения то, что есть, уже достаточно хорошо простроено. Я знаю, какие работы сейчас ведутся. У главных операторов, которые есть в стране, технологические платформы очень хорошо отлажены. Скорости, которые обеспечиваются на магистральных каналах, на самом деле достаточны, внешние шлюзы достаточны. Очевидно, что "Белтелеком" научился быстро наращивать внешние шлюзы. Как только возникает спрос на оптовом рынке, он удовлетворяется. 
 
На мой взгляд, вопрос состоит в том, как операторам, работающим на уровне абонента, дать возможность быстрее и качественнее доходить до этого абонента. Насколько быстро они могут простраивать линии до квартиры. Нужно посмотреть, как эта система должна быть организована, чтобы существование крупнейших операторов не становилось фактором торможения для остальных. Недавно мы видели, что два достаточно больших оператора объединились. Это правильный ход. Когда на рынке создаются существенные игроки на фоне доминирующего положения одного, это позитивный фактор. 
 
С технологической точки зрения есть все, весь вопрос организационный – как этим правильно воспользоваться. Спрос существует, и он постоянно растет; вопрос, как все это свести воедино наиболее экономически правильным способом. Это вопрос к органам государственного управления. Во многих странах делается все, чтобы поддержать тех, у кого нет доминирующего положения, чтобы рынок действительно работал. Нам нужна стройная, а самое главное работающая, рыночная система телекоммуникаций.
 
– В продолжение "организационных вопросов". Cisco известна своими проектами по подключению к Сети и созданию интеллектуальных объектов от госпиталей до стадионов. У вашей компании много успехов, связанных с подобными проектами. Что, на ваш взгляд, было бы больше всего востребовано в Беларуси на ниве информатизации? У нас сейчас достаточно активно развиваются электронные услуги. Чего Беларуси не хватает и что можно было бы сделать малой кровью и с большой эффективностью?
 
– Не берусь говорить о малой крови, но могу сказать, что совершенно точно нужно делать. Во-первых, электронная медицина, на мой взгляд, у нас сильно отстает. Во-вторых, это образование с применением технологии доступа. В-третьих, безопасность как физическая, так и информационная. В любой соседней с нами столице в каждом подъезде стоит IP-камера, и раскрываемость преступлений повысилась в разы. 
 
Управление трафиком. Сейчас это небольшая для нас проблема по сравнению с Москвой, Киевом, Варшавой и Вильнюсом в час пик. Но если дальнейшее нарастание автомобилей будет продолжаться, у нас в стране будут определенные проблемы с трафиком. Им нужно управлять, все это вопросы безопасности, организации безопасности. 
 
Я ставлю на первое место медицину, потому что в любом отдельно стоящем медицинском объекте в Республике Беларусь внутри полно всяких технологий. Мы давно ушли из ситуации, когда у нас не было рентгеновского аппарата. Страна уже много вложила. Но если вы придете не к своему терапевту без карточки, он вообще не будет знать, чем вы болели и какие у вас проблемы, на что у вас аллергия и какие проблемы потенциально могут возникнуть. Он будет видеть просто вас, а это лишнее обследование и лишние расходы. К тому же это вопрос времени – можно, что называется, залечить пациента. 
 
Если бы у нас в стране существовала единая электронная запись пациента, которая могла бы находиться на некой карточке, выполняющей функцию удостоверения личности, в случае неприятности прибывшая карета скорой помощи уже знала бы всю базовую информацию об этом человеке. Есть статистика, по которой порядка 30-40% летальных случаев происходит от того, что сразу применили не то лечение. То есть человека убили тем, на что у него была аллергия, или просто не разобрались с ситуацией. 
 
Медицина – это ключ ко всему. У нас стареющее население, и есть только один способ развиваться дальше – поддерживать его в здравом состоянии. Для этого нужна профилактика, а это прежде всего конкретная статистика. Все, что может дать ИТ, применимо к медицине. Единой системной программы я пока не видел. 
 
– Но появляются отдельные фрагменты: где-то поликлиника ввела электронные карты, создается система мониторинга трафика и общественной безопасности... В образовании тоже есть пилотные проекты. Но о каком-то глобальном решении для всей страны говорить не приходится. Есть ли цифры, которые могли бы убедить мужей из Минобразования, Минздрава в эффективности ИТ-решений, что миллионы долларов, которые будут вложены в создание единой электронной системы, "отобьются"? Может, есть похожие проекты в странах СНГ, которые выстрелили и были успешными?      
 
– Над этими проектами работают практически в каждой стране СНГ. Степень продвижения в каждом случае абсолютно разная: где-то дошли до пилотов, где-то пошли дальше. В Грузии сегодня завершается проект, при котором все школы имеют широкополосный доступ. Каждый ученик может им пользоваться. Идет программа трансформации контента, перенос его в ядро системы, а не поддержание его на некоторых устройствах. Я не слышал о полномасштабном внедрении медицинской программы, но могу точно сказать – все над этим работают.
 
С точки зрения финансирования каждый случай в каждой стране изучается отдельно. Все зависит от демографии каждой страны, уровня жизни, сопутствующих факторов риска. Есть методология, которая все рассчитывает. Могу только сказать, что если бы это не имело смысла, этим бы никто не занимался. Это не надуманная вещь, это то, что называется must have, обязательно. 
 
Мы мучительно думаем, как нам правильно подготовить специалистов, которые были бы востребованы не только здесь, но и за рубежом. Ответ очень простой: образование – это пожизненный процесс. Образование можно закончить, только выйдя на пенсию, хотя мы знаем, что многие люди на этом не останавливаются. Если мы не будем давать людям возможность всю жизнь улучшать свои знания и не заложим с детского возраста, что то, чему учили 20 лет, не является совершенно правильным сегодня, ничего не изменится. 
 
Курсы надо постоянно обновлять, а без технологий это тяжело делать. Не перепечатывать же постоянно одни и те же учебники каждый год! Жизнь меняется. Если мы не дадим людям возможность на протяжении всей жизни постоянно обновлять свои знания эффективным способом, мы будем всегда отставать. Люди должны постоянно учиться. Для этого не придумано ничего лучшего, чем информационные технологии. Не зря на Западе все бьются об электронную бумагу. 
 
Нам есть над чем работать. В каких-то школах выдают ноутбуки и электронные книги. На мой взгляд, это правильная инициатива, но только в качестве эксперимента. Ответом к этому должен быть единый портал, на котором должны быть все документы, которыми апеллирует школа. Все равно, каким устройством студент будет добираться до находящихся там знаний. Будет ли он получать от государства право на бесплатный поход в белтелекомовский клуб, и там у него будет четко ограничен доступ на определенный сайт. Или у него будет возможность купить нетбук, ноутбук или еще что-то. Это решаемый вопрос. Эти программы существовали во всем мире, дать компьютер человеку – это не новость, и механизм достаточно откатан. Но ключ – в правильном расположении контента и его обновляемости. 
 
– Была ли у вас возможность побеседовать с профильными министерствами, предложить им проекты?

– Периодически мы ведем общение с разными министерствами и ведомствами. Понимание есть, вопрос в желании взять на себя ответственность. Все всё прекрасно понимают, но все понимают и меру ответственности. У нас в стране если за что-то взялся, ты должен выполнить на пять по пятибалльной шкале, чтобы к тебе не было вопросов. Зачастую нашим чиновникам просто не нужен лишний риск. Есть вещи, которые идут по накатанной, процессы, которые не требуют определенных движений. Нельзя сказать, что люди не понимают, что за этим будущее. 
 
Конечно, встает и вопрос финансирования. Все спрашивают, за какие деньги они все это построят, ведь у них лимитированный бюджет. Я согласен, но все это вопрос обсуждения. 
 
– Есть ли у Cisco политика менять цены в зависимости от регионов?

– У Cisco есть такое понятие, как глобальный прайс-лист. Все партнеры его знают, он един и во всем мире одинаковый. Ценообразование к каждому проекту, где бы он ни производился, одинаково. Мы индивидуально подходим к нуждам нашего заказчика и к его возможностям. Если у людей есть ограничение по бюджету, мы стараемся предложить то, что войдет в его бюджет и станет платформой для развития, когда придет следующий бюджет. Если есть хороший бюджет, мы предложим другое решение. Все наши решения подстроены под клиента, и ценообразование такое же. 
 
– Планируете ли вы возвращаться на рынок SOHO с другими брендами? Или вы от него совершенно абстрагировались?

– В принципе, на определенных рынках Cisco осталась. Только он называется не SOHO, а COBO, или малый и средний бизнес. Есть решения, но они идут не под брендом Linksys, а под брендом Cisco. Разница в том, что то, что у нас называет малым бизнесом, там называется индивидуальным предпринимательством. То, что у нас называется средним бизнесом, там называется малым бизнесом. Поэтому встает вопрос, как позиционировать здесь решения, которые на Западе называются определенным образом. 
 
В России COBO, или SMB (Small Medium Business), – существенный для нас бизнес, и он постоянно растет. Я думаю, что если предполагать, что мы немного отстаем от России, у нас тоже появится этот бизнес. Это не бизнес полок: чтобы торговать в магазинах, нужно инвестировать в промо, а это стоит больших денег. Белорусский рынок сегодня не настолько интересен, чтобы вкладывать в него большие рекламные деньги. Поэтому мы не движемся в эту сторону. Но по коба, или SMB, у нас есть решения, которые мы продаем по мере интереса. Они сертифицированы и продаются в Республике Беларусь. 
 
– Насколько мировая тенденция "облаков" характерна для Беларуси? "Облака" – это маркетинг или это настоящий вектор движения?

– Это настоящий вектор движения. Речь идет о том, что все, чем мы пользуемся в нашей повседневной жизни, наш рабочий контент постепенно переносится с устройств, которые находятся перед нами, в некую вычислительную среду, которая находится на серверах, зачастую за много тысяч километров от нас. Это делается, чтобы процессы, которые мы используем в работе с другими процессами, работали быстрее и не зависели от того, где мы находимся. Находимся мы дома, в командировке, в пути – все процессы должны работать постоянно и не зависеть от нашего физического месторасположения, конкретной подключенности в настоящий момент.

Это решает и вопрос утерянных данных, удаленного доступа с чужого устройства. Поэтому облака – это будущее. Есть живой пример крупной компании, которая все свои сервисы двигает в сторону облаков, и они пользуются бешеной популярностью. Это прообраз того, что будет. 
 
– Мы говорим о Google?

– Мы говорим об Apple. Это прообраз того, что будет. Облака будут строиться, хотим мы этого или нет. Более того, в Беларуси прообразы облаков сегодня интенсивно строятся в финансовом секторе. Практически всеми банками строятся огромные центры обработки данных, чтобы перенести транзакционные операции с удаленных филиалов в одно ядро. Это даст гораздо больше защищенности, быстроту обработки и массу дополнительных возможностей. Я заметил, что быстрее всего к инновациям идут банкиры и финансовый сектор. 
 
– Умеют считать деньги…

– Видимо, да. Облака однозначно будут, вопрос, насколько контент, которым мы пользуемся, будет пригодным для них. Вопрос в том, достаточно ли мне того, что я имею на компьютере, или я хочу потреблять что-то, что находится не здесь. Типичный пример облаков – Facebook: огромное количество данных люди убрали со своих компьютеров и положили на страницы типа Facebook. Это твое личное облако, которое ты можешь получить всегда и в любое время. 
 
– Dropbox тоже…

– Это вещи, которые ты получаешь независимо от того, где ты находишься. К этому уже идет работа. Внутри нашей компании есть огромное количество документов, которые лежат не на компьютерах, а в местах, где мы можем добраться до них, совместно обрабатывать, каждый может получить копию. К тому же каждый, находясь в другом месте, может получить копию к любой части данных на своем текущем компьютере. Зачастую это делается при прямом доступе на компьютер, зачастую делаются копии, которые лежат в другом месте. Факт того, что контент должен быть доступен всегда и везде, точно применим к Беларуси. 
 
– Даже несмотря на то, что это может быть бухгалтерский контент, очень тяжелый (видеофайл и т.д.)?

– Да, каналы связи, которые строятся и развиваются в Беларуси, достаточны, чтобы передавать весь этот контент. Мы ведь не забираем весь медиафайл – мы его аккуратно скриним, поэтому весь вопрос в полосе пропускания твоего канала. Точно так же с любым спредшитом, каким бы тяжелым он ни был: я не видел спредшиты тяжелее 50 или 100 Мбайт.
 
– Бывают не спредшиты, а иллюстрации на гигабайт…

– Для иллюстраций никто не отменял рабочее место. Вы можете получить на ваше рабочее место ваш контент и, обработав его, вернуть обратно. При этом он будет доступен вам, если вам понадобится другое рабочее место, другой офис, вы находитесь в другом месте или с кем-то хотите им поделиться. Вы получите к нему доступ с компьютера другого человека. 
 
– По сути, мы говорим о виртуализации рабочего места. 

– Само собой это норма, причем виртуализируется компьютер, но и телефонная, факсовая линия – виртуализировано может быть все, что нужно. У нас есть понятие переносимость номера внутри компании. Я приезжаю в офис в Ташкент со своим минским расширением, беру любой телефон, который стоит на столе, логинюсь и получаю весь минский набор коротких номеров и минский номер.

Соответственно, находясь в Ташкенте, я могу звонить моим белорусским клиентам по тарифам минского офиса. Пример виртуализации номера – в Беларуси недавно была введена услуга переносимости номера. Номер любого человека уже виртуален. За виртуализацией, облаками – будущее, это хорошая перспектива. 

– Есть примеры белорусских компаний, которые виртуализируют рабочие места? 

– На самом деле многие компании задумываются об этом, многие реализуют. Телефония по прообразу того, что у нас, реализована уже во многих организациях. Такие вещи реализованы в финансовом секторе, организациях филиального типа, белорусских организациях, которые имеют филиалы за пределами. Пока все с настороженностью смотрят в сторону виртуализации: что будет с каналом связи, если он оторвется? Это вопрос времени: все уже видят, что каналы связи работают стабильно. Бывают сбои, но они крайне редки и масштабны, но с учетом того, что сейчас строится, все очень скоро будет в небытии. Мой опыт показывает, что работать виртуально можно абсолютно безболезненно. 

– Что бы вы пожелали нашим зрителям, слушателям, читателям?

– Виртуализироваться! На самом деле, всем нужно пожелать финансового благосостояния, тем, кто утерял в прошлом году позиции, восстановить их, тем, кто не утерял, продолжать наращивать. Всем нам – жить в хорошей сети. Традиционно - добра и мира.         
     
 
Павел Бурба
 
Бурба Павел Леонидович, 38 лет. Родился и вырос в Минске, закончил Факультет вычислительной техники БГУИР в 1995 году. Начиная с 1996 года работал в различных ИТ компаниях Беларуси, Кипра и России. В Cisco с 2006 года. В настоящий момент занимает позицию Главы Представительства Cisco в Беларуси и некоторых странах СНГ. 
-25%
-10%
-26%
-10%
-10%
-25%