Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

В Беларуси


Катерина Сипакова,

Интернет наполнен видеороликами о детях, которые еще не научились ходить и говорить, но уже осваивают планшеты и смартфоны. При этом на фоне слышны комментарии довольных родителей или смех. Комментарии же зачастую резко негативны. 

Можно ли использовать гаджеты в играх с детьми до трех лет? Если да, то как правильно организовать процесс? Мы обсудили это в студии TUT.BY с молодыми родителями: Ольгой, которая ограничивает сына в общении с гаджетами, и Андреем, который наряду с другими игрушками дает дочери планшет. Своим взглядом поделилась и психолог Людмила Ракевич.



Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (27.81 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео

Хотелось бы начать с описания среды, в которой воспитываются ваши дети. Какими устройствами вы сами пользуетесь сейчас? Для каких целей? Видят ли это ваши дети? как они к этому относятся?

Ольга: У нас дома есть сотовые телефоны, ноутбук. Мой ребенок осознает то, что телефон предназначен для разговоров, но никак не является детской игрушкой. Это правило у нас дома, и он очень четко его усвоил и принимает. Мы пользуемся ноутбуком, ребенок это видит. В то время, как он не спит, я стараюсь заниматься с ребенком, не отворачиваться в компьютер в ущерб нашему с ним общению. Он знает, что мама ищет новости в интернете. Он знает, что мы можем посмотреть прогноз погоды. Он знает, что мы можем загрузить фотоснимки в ноутбук. Изредка мы смотрим мультфильмы в очень ограниченном количестве. Но он осознает, что ноутбук это не игрушка, что это серьезное приспособление, которым пользуются взрослые в конкретных целях.
 
Андрей: У нас схожая ситуация. Естественно, есть сотовые телефоны. Я достаточно часто читаю с телефона какую-то информацию, почту постоянно просматриваю. Жена тоже периодически просматривает почту и социальные сети. Но на моем телефоне вообще невозможно поставить игрушки. Дочь знает, что телефон нужен для общения. Периодически мы общаемся с кем-то по громкой связи. Телефон жены она иногда берет поиграть. У нее есть одна конкретная игра с Хрюшей и Степашкой. Там песни и счет.
 
У нас дома нет телевизора, есть два ноутбука. Дочь знает, что с ноутбука можно посмотреть мультфильм, но только если не работает iPad. Она знает, что на ноутбуке мы работаем, читаем, пишем письма. В игры мы не играем. Дочь иногда может прийти и помочь написать письмо. Есть iPad, который мы купили, когда дочке был год и три месяца. iPad мамин, она четко это знает, говорит: "Мой iPad'ик". - "Чей iPad'ик?" - "Мамин iPad'ик". iPad она берет у мамы, спрашивает, можно ли ей поиграть, посмотреть. Разрешаем ей пользоваться им какое-то количество времени. Это не значит, что ребенок сидит с ним постоянно. Он лежит на виду, но она берет его с разрешения, мультики смотрит ограниченное количество времени. Сначала мы загружали игрушки для самых маленьких, потом чуть постарше. Мы прошли где-то 15 игрушек и остановились на основных 6-8.
 
Сколько времени Марк смотрит мультики и сколько времени играет и смотрит мультики Соня?

Ольга: Примерно до двух лет у нас вообще не стоял вопрос о том, чтобы знакомить ребенка с электронными устройствами, потому что у нас было много разнообразнейших занятий. Мы очень много времени проводили вне дома, столько кругом было интересного и непознанного, что нам хватало с лихвой.
 
Потом у меня возникло сомнение относительно качества зрения моего ребенка. Мы обследовались у офтальмолога, и она дала соответствующие рекомендации. Она рассказала мне, насколько опасно для зрения малыша в таком возрасте может быть злоупотребление электронными устройствами. Выяснилось, что у моего сына есть предрасположенность к близорукости. Поэтому для нас дозирование использования всяких устройств должно быть еще более жестким, чем для всех остальных детей.
 
Нам рекомендовали пользоваться устройствами в два приема не более получаса в день: 15 минут в первой половине дня и столько же во второй. А лучше убрать экранную нагрузку совсем. У нас получается соблюдать все эти рекомендации, ребенок совершенно не страдает, не требует, не плачет. Он просто не привык злоупотреблять этими вещами, поэтому для него это ограничение проходит безболезненно.
 
Андрей, как в течение дня у Сони проходит общение с разными устройствами?

Андрей: До последнего времени жена находилась дома с ребенком. Планшет - это не игрушка, которой пользуются постоянно, а это как одна из игрушек наравне с маракасами, гуашью и пластилином, с которыми можно немного поиграться и потом отложить. Большинство времени мы играем с живыми объектами. На выходных я стараюсь придумывать разные игры, потому что в будни я появляюсь дома только вечером. Мы лепим из пластилина, строим дома из всего.
 
Я бы сказал, что iPad у нас минут 40 в день: 20 минут в середине дня, и обычно вечером мы смотрим 2 серии "Лунтика" и сейчас мы начали смотреть мультик на 9-10 минут, не больше. Днем мы играем минут 20 в игрушки: мозаика, логика, рисовалки или игрушка, завязанная на виртуальных человечках, которых надо найти или их нужно покормить, раскрасить крылышки у бабочки.
 
Но сейчас даже меньше 40 минут. Жена вышла на работу, и мы общаемся с дочкой с полседьмого до 9 вечера. С утра мы завтракаем, общаемся, я играю на гитаре, мы поем песни, танцуем – что успеваем. Вечером очень редко мы можем поиграться, и традиционно две серии "Лунтика" перед сном.
 
С какого возраста вы стали использовать планшет?

Андрей: В год и четыре.
 
Людмила, что вы можете сказать по этому поводу? Сколько и с какими устройствами ребенку можно общаться с года до трех?

Людмила Ракевич: Однозначно можно сказать, что из мира современных технологий ребенка не выдернешь. Это будет сказываться на его развитии и процессе становления. На мой взгляд, все должно быть дозировано. Если мы говорим про мобильные телефоны, планшеты, то это максимум минут 15 в день, причем с перерывами. Перерывы нужны, чтобы у ребенка отдохнули мышцы глаз, чтобы он поменял позу. Если ребенок увлечен iPad, то лучше, чтобы он не лежал на диване или кресле. Важно, чтобы это был какой-то стул, чтобы прибор лежал на столе, так как это будет сказываться на его опорно-двигательной системе.
 
Мне понравилось, что сказал Андрей. Есть какие-то картинки, и ребенок пальчиком нажимает и раскрашивает. На самом деле это хорошо развивает моторику. Но во время перерыва важно не просто сидеть и ждать, когда он закончится, чтобы опять сесть рисовать, а тоже увлечь ребенка в этот момент другой деятельностью. Можно предложить ему сделать гимнастику для глазок, сделать это в игровом варианте: чтобы он посмотрел вправо, влево, сделал вращательные движения глазами, чтобы расслабить мышцы глаз. Точно так же во время перерыва можно что-нибудь слепить, что-то нарисовать, сочинить что-то вместе с ребенком или пропеть. Важно, чтобы перерыв не был просто пустым перерывом.
 
Эти 15 минут можно разбросать на день, а можно сделать это разово. Можно 5 минут посмотреть мультик или поиграть, потом сделать перерыв, и так чередовать три раза. Но во время перерывов ребенок не должен сидеть просто так.
 
На самом ли деле на планшете или смартфоне ребенок в полтора может сделать гораздо больше, чем с карандашами или красками? Наверное, ребенку в полтора года еще сложно так скоординировать движения, чтобы красиво раскрасить бабочку. Отражается ли как-то на психике ребенка, на его восприятии мира, когда действия проще, а результат лучше?

Людмила Ракевич: Безусловно, да, если речь идет о времени, котором он этим занимается. Намного проще нажать пальчиком, и крыша дома станет того цвета, какой захочет ребенок. Плюс ребенок сразу видит палитру цветов, которые можно использовать, и палитра шире, чем карандаши. Это намного проще, чем держать карандаш в полтора года. Координация не до конца сформирована, и проще нажать пальчиком. У ребенка перед глазами есть картинка, и он видит ее в полном объеме. Но важно не перегрузить ребенка, не окунать полностью в информационные технологии. Мозг ребенка еще не достаточно окрепший, и ему нужно трогать, воспринимать, ощущать, развивать все пять чувств. В этом плане планшет проигрывает. Важно развивать ощущения у ребенка в этот период возраста.
 
Вернемся к родителям. Ваши дети практически ровесники. Что они умели в год и три, до того, как вы стали использовать планшет в играх ребенка, и сейчас? Как оцениваете прогресс? Что умеют делать ваши дети?

Ольга: Год и три, четыре, пять – существенная разница. Это период очень бурного развития, как и первый год жизни, когда каждый месяц добавляет новостей. В год и три мы уже выучили первые буквы. Ребенок не просто их узнавал, но и называл. Он уже достаточно уверенно собирал пирамидку от большего к меньшему. Он неплохо строил из кубиков. То есть его координации было достаточно, чтобы построить достаточно высокую башенку из кубиков одинакового размера. Он уже начинал активно использовать лего, собирать сравнительно мелкие детали. По сей день мы докупаем новые наборы, совместимые с нашими прежними.
 
В полтора года он пробовал правильно держать карандаш или восковой мелок и рисовать. К году и восемь начал рисовать предметно. Правда, через некоторое время период увлечения рисованием закончился. И до сих пор он не спешит возвращаться к рисованию, хотя в год и восемь он рисовал кузов машинки, два колеса, прицеп.
 
А сейчас, в два и семь?

Ольга: Сейчас он очень увлечен конструкторами. Он может сам себе собрать машину на колесах, самолет. Все, что ему нужно для игры, ему гораздо интереснее собирать самому. Если он считает, что ему нужен автобус, он просто делает его из конструктора себе сам. Если ему покупается новый автобус, некоторое время он занят, потом он пытается его разобрать, понимает, что не получается совместить все детали обратно, расстраивается и возвращается к конструктору. Очень любит книги. Первые книги у нас появились, еще до года.
 
Любит, чтобы родители читали?

Ольга: Да, у нас есть книги с классическими картинками, по которым нужно сочинять историю. Это рисунки классиков графиков, иллюстраторов и мультипликаторов, которые воспитывают эстетическое чувство и хорошо приспособлены для детского восприятия. Мы часто смотрим серию картинок, придумываем историю, и он сам активно участвует, задает вопросы, комментирует, отмечает детали.
 
Андрей, как проходило развитие у Сони?

Андрей: Где-то в год и четыре Соня неплохо разговаривала. У нее был набор из 40-50 слов. Они были простые: накадасики, бусяська вместо бумажка. Ей нравилось лепить, у нее не получалось, но шарики и колбаски она могла вылепить. Она достаточно хорошо танцевала, ей это нравилось. Она достаточно рьяно защищала свою сцену. Она могла узнать, где папина и мамина буква. Папина была буква А, а мамина – М.
 
В самом начале мы использовали iPad максимум минут 20 в день. Если учесть, что ребенок просыпался в 8 утра, а ложился в 9 вечера, то можно представить, какой процент времени это занимало. Она достаточно быстро научилась делать unlock: она видела, как кто-то делает, подошла, посмотрела и разлочила. Потом мы очень быстро выучили разные цвета: к двум годам она знала порядка 20 цветов, такие оттенки, от которых моя мама, педагог с 20-летним стажем, говорила "ого". Нам было приятно, а Соне – интересно, потому что там была мозаика разных цветов и форм, и их нужно было вставлять. Оранжевый треугольник надо было поставить на место второго оранжевого треугольника, и при выполнении задачи программа называла "оранжевый треугольник". Она выучила целую кучу фигур. Ей сложно было сказать восьмигранник, но квадрат, ромб, прямоугольник, круг, овал – все это она знала.
 
Один из плюсов iPad в этом плане, что вырезанные в качестве альтернативы бумажки достаточно быстро пришли бы в негодность или попали бы под диван. Форма никуда не девается: ее можно только положить на место, или она возвращается обратно в копилку. За счет этого ребенок целенаправленно пытается положить фигурки, пробует, не попало в эту форму, подошло в другую.
 
Хочу добавить: я знаю и Марка, и Соню: разговаривают дети одинаково хорошо. Дети одинаково общительные с раннего возраста. Андрей затронул ограниченности игрового места у ребенка. Это имеет какое-то значение? Когда у ребенка разложены книжки, бумажки, пластилин, карандаши, это занимает достаточно большое пространство.

Людмила Ракевич: Я думаю, имеет значение. Если у ребенка весь пол завален различными бумажками, карандашами, пластилином, расширяется его кругозор. А в iPad кругозор немного сужается. Ребенок просто смотрит в экран. Развивается, логика, мышление, воображение, и то же самое происходит с ребенком, который не использует электронные технологии, а делает все вживую.
 
Но речь идет кругозоре: насколько широко он будет видеть. Все зависит от того, насколько родитель готов заниматься ребенком и развивать его. Если у мамы достаточно времени, чтобы сидеть несколько часов в день с ребенком и заниматься с ним без электронных технологий, это ее выбор. Нельзя сказать, правильно это или нет. Если же она решает использовать электронные технологии, это точно так же ее выбор. И реальная жизнь, и электронные технологии способствуют развитию мышления, внимания, памяти ребенка.
 
Если это делается с использованием электронных приборов, нужно дозировать время. Глядя в экран iPad, можно сидеть с утра до вечера, и это будет завораживать: ярко, с музыкой, картинками. Если делать это в реальности, то уже ребенок ограничивает время.
 
Я уточню, что мы говорим об ограниченности восприятия, только если происходит злоупотребление во времени. Если строго дозировать, то никакого вреда не будет. Почему электронные устройства вызывают такой бурный интерес и у взрослых тоже? Почему детей так тянет к телефонам, планшетам, ноутбукам? Даже если там будет обычный текст, их тянет туда как магнитом.

Людмила Ракевич: Все электронные технологии новые и необычные.
 
Но ребенок-то об этом не знает?

Людмила Ракевич: Его привлекает необычность. Они звучат, к тому же интересно, что же мама с папой все время смотрят и используют. Если есть различные кнопочки, интересно на них нажать. Если можно провести пальчиком, это тоже интересно. Привлекает звучание, мелькание картинок. В реальной жизни мы этого не видим. В этом маленьком экране проходит часть нашей жизни, это какой-то новый способ контакта с информационными технологиями. Важно учесть тот момент, что нельзя ребенка ограничивать только этим способом контакта.

Минусом в использовании электронных технологий можно назвать то, что ограничивается контакт ребенка. Он не контактирует с окружающей средой, а только с планшетом, ноутбуком. Постоянные звонки мобильного телефона тоже привлекают ребенка. Интересно нажатие на кнопочки. Ребенку это интересно, потому что это не какие-то обычные игрушки, книжки, а новая форма контакта.
 
С какого возраста можно давать ребенку большую свободу пользования такими устройствами, чтобы не навредить ему?

Людмила Ракевич: Если мы говорим о возрасте до 3 лет, то 15 минут – это предел. Больше я бы не рекомендовала. Если ребенку от 3 до 6 лет, время можно увеличить до 30 минут в день с перерывами. Если от 6 до 12 лет, можно позволить примерно час. После 12 лет может быть два часа. Но важно, чтобы были перерывы.
 
Помните ли вы свое детство? У нас в детстве был тетрис, и за ним было легко и просто зависнуть. Была замечательная игра, где волк ловил яйца, а гуси играли в волейбол. И потом появились приставки. Вы помните свои ощущения, когда все эти штуки попали вам в руки, а родители пытались вас ограничивать? Что вы чувствовали? Вспоминаете ли вы об этом, когда объясняете своим детям, почему что-то можно, что-то нельзя, а что-то можно, но 5 минут?

Ольга: Приставки меня не затронули вовсе. А отрывать меня от этих вещей не приходилось, потому что у меня помимо этого было много увлечений: я училась в музыкальной, художественной школе, занималась сценическим искусством. Меня все это настолько увлекало, что времени посидеть за тетрисом не оставалось.
 
Примерно в этом же духе я стараюсь воспитывать и своего ребенка. Самое главное для него в первые три года жизни – это познание естественного окружающего мира. Самый эффективный способ открытия этого мира – взять за ручку и вывести на улицу, дать малышу поползать по траве, потрогать ствол дерева, попасть под дождь летом, потрогать домашнее животное, сходить в парк посмотреть, как белки бросают шишки с сосны. Мне кажется, наши дети еще дадут нам фору в смысле скорости усвоения всех новых технологий. Я ни в коем случае не за ханжеское отношение, но я считаю, что на начальном этапе жизни нет такого навыка и умения, которые невозможно было бы сформировать у ребенка без технических приспособлений. Потом все будет, они все узнают и все освоят.
 
Я думаю, абсолютно вырвать ребенка из этого контекста было бы и неправильно.

Ольга: Им предстоит жить в мире, отличном от того, в котором мы сейчас живем, в смысле информации и технологии. Конечно, этот процесс не удержать. И это было бы неправильно.
 
Андрей, а у тебя какие чувства, когда ты вспоминаешь себя в детстве со всеми гаджетами?

Андрей: С конца 80-х - начала 90-х, если у друга была игрушка с кассетой, мы зависали у него. Так много времени бесконтрольно мы проводили у телевизора с этими игрушками. Мне кажется, у родителей не было достаточно времени, чтобы уделить его нам. Я вспоминаю, с каким восторгом я вырывался из школьных будней и по три часа зависали у друзей и играли в приставку. Это было скорее потому, что была сложная пора, и родители работали, и контролировать что-то у них просто не было физической возможности. Хорошо бы пообщаться, поговорить, накормить ужином, проверить домашнюю работу, уложить спать. Пока они на работе, мы были предоставлены сами себе. Я вспоминаю, с каким удовольствием я вырывался к дедушке в деревню, где мы могли с родителями пойти на рыбалку, пикник.
 
Мне кажется, ребенку неплохо сейчас развить свое абстрактное мышление за счет работы с iPad. Но это должно быть дозировано. А в остальное время мы должны познавать мир руками, трогать его, осязать, ощущать. Я думаю, что Соня начала рано говорить, потому что даже когда она была совсем маленькая, мы рассказывали, что за вещи стояли в шкафу без дверей с кучей баночек. Все можно было потрогать.
 
Это ограничение чувствуется, только когда у тебя нет альтернативы: только хватит смотреть телевизор – иди делай уроки. Родители должны гармонично взаимодействовать с ребенком, чтобы у него не было желания уйти от этой реальности и зарыться в компьютер. Нужно помогать ребенку познавать мир. Если уж мы с Соней идем гулять, то это настоящая прогулка. Мы садимся в трамвай, можем куда-то поехать. Мы идем на площадь, едет красивый трамвай, и дочка говорит: "Хочу!". Поехали, приезжаем в какое-то новое место, можем пойти в какое-то здание, что-то посмотреть, пойти по двору. Мы расширяем кругозор. Это важно, мне кажется. Ограничение не является ограничением, когда у тебя есть выбор: либо посмотреть мультик, либо заняться чем-то еще более интересным за компанию со своими родителями. Тогда это не воспринимается так остро, как ограничение.
 
Я читала порой невменяемые истории, как ребенок, которому до год предоставили абсолютную свободу в пользовании мобильными устройствами, и ребенок не знает, как играть с другими вещами. Наверное, все видели самый популярный ролик по запросу baby iPad: девочке 9 месяцев сначала дают iPad, она передвигает картинки, меняет экраны. А потом ей дают обычный журнал, и она не знает, что с ним делать. Она тоже пытается сжать и растянуть картинки, а ничего не происходит. Она расстраивается и требует снова iPad, потому что нет опыта общения с обычными предметами. Мы пришли к логичному заключению, что использование таких устройств стоит рассматривать как дополнительный инструмент в развивающих играх и занятиях с ребенком.

Людмила, мы много говорили о недостатках в использовании мобильных устройства. Какая основная опасность для ребенка до трех лет в использовании таких устройств? Какие преимущества для ребенка и для родителей в такой практике?

Людмила Ракевич: Действительно, есть положительные и отрицательные моменты. Если говорить про отрицательные моменты, то страдает физическое состояние ребенка. Могут быть различные проблемы со зрением, вплоть до его потери. Также могут быть проблемы с опорно-двигательной системой, потому что в такой возраст ребенку важно не сидеть скрючившись или лежать. Также отрицательным моментом является и то, что если не дозировать, то ребенок уходит туда с головой. В дальнейшем это может привести к зависимости и ограничить развитие ребенка.
 
Когда ребенок использует высокие технологии, важно его в этом сопровождать, а не садить перед iPad или телевизором и радоваться, что появилось свободное время. Важно находиться рядом с ребенком, объяснять ему что-то по ходу, показывать, отвечать на какие-то его вопросы.
 
Положительных моментов тоже достаточно много. Происходит развитие ребенка. Есть специально разработанные развивающие программки для детей от года до трех лет. Эти программы обучают алфавиту, цифрам, музыке. Точно так же развивается художественное творчество, когда ребенок раскрашивает картинки. Точно так же развивается моторика рук, но важно дозировать. Развивается мышление, память. Насколько я знаю, есть небольшие стратегические игры обучающего характера. Это тоже можно использовать в развитии ребенка. В дальнейшем это будет сказываться на его развитии и взгляде на окружающую действительность.
 
Если родители все-таки решают использовать гаджеты в играх со своими малышами, на что нужно обращать внимание в первую очередь при выборе приложения?

Людмила Ракевич: Важно посмотреть, насколько это приложение подходит для возраста ребенка. Надо, чтобы на первых порах это было просто, чтобы ребенок мог выполнить какие-то действия самостоятельно. Это нужно, чтобы в дальнейшем у него развивалось ощущение "я могу". Также важно посмотреть, чтобы эти программы не были перегружены лишней информацией. Если это рисование, то пусть это будет просто рисование. Если музыка, то пусть это будет только музыкальная программка. Важно смотреть на то, чтобы учитывались моменты, где можно взаимодействовать с ребенком. Может, это будет игра для двух человек.
 
Андрей, как вы выбирали приложение для Сони?

Андрей: Прежде всего, картинки должны быть рассчитаны на детей. Второе гейм-плей должен быть простой, без заморочек. Или он должен быть такой, что нужно чуть-чуть подумать, чтобы что-то доделать. И интересно, когда игрушка рассчитана на взаимодействие и тебя, и ребенка, является мостом между вами. У нас это виртуальное чаепитие (конечно, мы делаем и реальное). Когда мы выбираем программу, мы смотрим, делаем ли мы вживую то, что предлагается в виртуальном аналоге, чтобы это не стало заменой. Например, есть церемония чаепития: раскладываются кусочки тортика, разливается чай. Вживую мы точно так же берем маленький наборчик, заливаем уда малиновый чай. У ребенка есть альтернатива, и он может сравнивать. Точно так же с рисованием, раскладыванием деревянных кубиков. Гейм-плей должен быть таким, чтобы игровая сессия не было очень длинной: одна-две минуты, и ты закончил игру. Исключение могут составлять мозаики, которые мы начали собирать на iPad параллельно с реальными, но на iPad получалось лучше. Сейчас уже там можно делать более длинные сессии – 10 на 10, и зависнуть на 5 минут, составляя картинку.
 
В конце концов, можно сделать перерыв и дособирать картинку чуть попозже. Оля, когда Марк станет старше, какое устройство вы будете использовать и что вы будете на нем делать?

Ольга: Пока я стараюсь, чтобы он хорошо ощущал себя в пространстве, учился организовывать свое жизненное пространство. У нас появилась такая практика: к нашим книгам мы подобрали соответствующие мультфильмы. Мы читаем историю в книге и потом по этой истории, желательно в той же графике, смотрим мультфильм. Сначала я читаю ему книгу, в деталях объясняю сюжет, мы обсуждаем взаимодействие персонажей, что они сделали и почему. И потом смотрим видео на экране ноутбука. Мне кажется, это достаточно перспективно. Думаю, мы будем слушать больше музыки, и всяческие электронные приспособления в этом будут незаменимы. Сейчас мы поем и играем сами. Я думаю, сейчас загадывать сложно, потому что каждый год появляются новые игры, развивается ИТ-индустрия. Когда встанет такой вопрос, можно будет предметно изучить рынок на тот момент и выбрать. Я думаю, что разработчики не стоят на месте и согласуют свои действия с учеными, которые занимаются вопросами развития ребенка.
 
Людмила, может, вы знаете какие-то примеры приложений, которые могут быть вредны ребенку?

Людмила Ракевич: На мой взгляд, вредно все, что несет в себе зачатки агрессии. Но от года до трех лет я не встречала программ, которые вызывали бы агрессию. После трех лет есть несколько программ, которые вызывают агрессивное состояние у ребенка, у него ухудшается сон, сниженная работоспособность, плохое настроение, напряжение.
 
Андрей: Вредны могут быть программы, которые насаждают неправильные паттерны поведения в жизни. Например, придя в магазин, ты что-то берешь и уходишь, не заплатив. Теряется связь, что ты приходишь в магазин, у тебя ограниченные ресурсы, и тебе нужно что-то купить, рассчитаться за материальные блага, которые ты берешь в магазине, и уйти. Если этой цепочки нет, можно наблюдать в магазинах сцены, когда дети кричат "Папа, мама, купи" и валяются по полу. Когда дети играют в магазин (есть такая игрушка), у ребенка ограниченный кошелек, и ему нужно рассчитаться за то, что он набрал, этими монетками.
 
Людмила, интересно поговорить о разнице поколений. Наши родители воспитывались совсем отлично от того, как воспитывались наши дети. Наблюдаете ли вы какие-то личностные изменения от разницы в условиях воспитания?

Людмила Ракевич: Разница есть, потому что наши родители воспитывались в условиях, где даже речи не было о ярком многообразии информации и технологий. Бабушке в 60-70 лет сложнее использовать мобильный телефон. Она знает только, на какую кнопку нажать, чтобы ответить и чтобы выключить телефон. Наши дети уже в 3 год знают абсолютно все: они знают, как открыть любое приложение, включить, выключить. Некоторые дети в 3,5 года свободно владеют мобильным телефоном, компьютерами, ноутбуками, iPad. Это говорит о том, что младшее поколение ушло намного дальше в своем развитии, чем старшее поколение. Не факт, что старшее поколение может догнать младшее, потому что у детей это происходит намного быстрее и проще.
 
Это касается только электронных устройств, или это новое качество новых людей? Они все схватывают гораздо быстрее?

Людмила Ракевич: Я думаю, смотреть можно шире и не останавливаться только на новых технологиях. Младшее поколение воспринимает информацию быстрее и быстрее ориентируется в мире. Конечно, большую роль играет то, как происходит взаимодействие с ребенком. Если ему что-то показать, он схватит это налету и в остальном разберется сам.
 
Андрей: Нужно подходить к техническим новинкам как к еще одним устройствам. Есть iPad, краски, пластилин, бумага… Из этих вещей создается большой детский мир, и ребенок может попользоваться каждой и получить свой маленький опыт общения с окружающим миром.
Нужные услуги в нужный момент