Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

В Беларуси


Катерина Сипакова,

Какие проблемы настигли белорусских интернет-пользователей в 2013 году? Куда придет наша ИТ-индустрия, если ничего не изменится? Кто будет работать в Китайско-белорусском индустриальном парке? Эти вопросы звучали в итоговой беседе года с экспертами ИКТ-отрасли Беларуси. 

В нашей студии генеральный директор Ассоциации "Инфопарк", заместитель председателя Конфедерации промышленников и препринимателей Владимир Басько, основатель и совладелец портала TUT.BY, заместитель председателя Ассоциации "Белинфоком" Юрий Зиссер и руководитель проектов Gemius Беларусь и E-Belarus.org Михаил Дорошевич.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео (138.44 МБ)


Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (24.96 МБ)

Что вы сами считаете главным IT-событием года для Беларуси?

Михаил Дорошевич: Трудно выделить какое-то одно, но достаточно важным для белорусского интернет-сообщества был ураган Хавьер, потому что с помощью интернета люди могли консолидироваться, общаться, обмениваться информацией и помогать друг другу.

Владимир Басько:
С моей точки зрения, диалог между государством и бизнесом стал более интенсивным и конструктивным. Стали чаще употребляться такие понятия, как государственно-частное партнерство и саморегулирование IT-бизнеса.

Юрий Зиссер:
Я не вижу ярких событий, которые я бы выделил. Все просто поступательно улучшалось: и отношения частного бизнеса с государством, и проникновение интернета в нашу жизнь, и IT-отрасль.



Насколько выросла белорусская аудитория за прошедший год? Как изменились ее предпочтения?

Михаил Дорошевич:
Сохранилась положительная динамика. С ноября 2012 по ноябрь 2013 года белорусская интернет-аудитория увеличилась на 7,2%. Это более полумиллиона человек. Но самое важное, что с конца августа 2013 года многие дни аудитория стала превышать 3 млн человек (после выходных дней – 3,5 млн ). В ноябре 2012 года аудитория в будние дни составляла порядка 2,7 млн . Больше всего людей бывает в интернете по понедельникам, а меньше всего – в субботу. Интернет-аудитория не столько выросла в количестве людей, сколько люди стали больше пользоваться интернетом.

Юрий Зиссер:
Если раньше интернетом пользовались в основном на работе, то теперь стали также много пользоваться им дома.

Наверное, немного изменился и состав аудитории.

Михаил Дорошевич:
Основной двигатель белорусского интернета – люди в возрасте 25-34 года. В топ-10 сайтов эта группа составляет 28-35%. Они активны, делают просмотры и проводят много времени в интернете. С другой стороны у более взрослой аудитории – 35-44 года – только в 5 из топ-10 ресурсов процент этой группы больше 20%. Другой важный показатель: увеличивается количество пользователей в возрасте больше 55 лет. Максимальное значение – 74 года. В прошлом году это было около 6%, сейчас – 8,6%. Но люди выше 55 лет делают только около 5% просмотров и проводят в интернете около 5,5% времени.

Растет доля аудитории со средним образованием, в то время как раньше преобладала аудитория с высшим образованием. К чему ведет эта тенденция?

Юрий Зиссер:
По моим наблюдениям, в интернет приходило три поколения пользователей. Первое поколение – 90-е годы, это были компьютерщики. Когда открылся TUT.BY, из первых 10 тысяч пользователей 83% были мужчины и почти все компьютерщики. В 2000-е годы пришли люди с высшим образованием. И последние года три в интернет пришли телезрители, лица со средним образованием и соответствующими интересами. Мы это четко заметили по тому, какие новости стали популярными. Экономику и политику люди не читают, они читают треш, катастрофы, происшествия, аварии. Я очень боюсь, что скоро интернет уподобится телевидению: будут сплошные менты, суды, ток-шоу. По-моему, интернету угрожает опопсение.

Михаил Дорошевич:
Я надеюсь, что у тематических и нишевых ресурсов есть возможность выжить, и это отличает интернет от телевидения.

Владимир Басько:
Это естественный процесс, границы интернета расширяются, расширяется и аудитория. Рано или поздно практически все общество будет присутствовать в интернете со всеми плюсами и минусами. Я хотел бы отметить недостаток навыков работы с интернетом: незнание того, какие сервисы и ресурсы доступны и как ими пользоваться. Мы ставим своей целью в 2014 году посвятить время и усилия развитию e-skills - способностям работать в интернете. Мы присоединяемся к инициативе Евросоюза, которая уже давно реализуется.



Основная проблема, с которой столкнулись пользователи в 2013 году, это блокировки Google. Пользователи на свои запросы получали ответ, что они рассылают слишком много спама, и их банили. Кроме того, что от этого выиграли другие поисковики, от этого были другие последствия?

Михаил Дорошевич:
Я думаю, что что-то сказать можно будет в январе, но не по широте охвата Google Беларуси, а скорее по среднему количеству просмотров, приходящихся на посетителя. Но существуют и другие поисковые системы, и очень много интересных специализированных поисковых систем.

Владимир Басько:
И оказывается, что результаты поиска у них часто лучше, чем у Google.

Юрий Зиссер:
Мне кажется, проблема возникла раньше: в июне-июле, когда Беларусь попала в топ распространителей спама в мире, вместе с провайдерами некоторых латиноамериканских стран. Видимо, наш крупнейший провайдер "Белтелеком" уделял недостаточное внимание борьбе со спамом и вирусами. Может, дело не в том, что виноват провайдер, а в том, что у него 85% подключений в стране. Сказали, что это запущенный случай и его надо долго исправлять.

Рассказывали, что это связано с кризисом IP, недостатком адресов в протоколе IPv4, и с грядущим переходом на IPv6 проблема решится. Провайдеры говорят, что это произойдет в течение ближайших двух лет.

Владимир Басько:
Почему именно Беларусь на постсоветском пространстве стала источником спама? Почему им не стала Украина? Я не думаю, что там регулирование на более высоком уровне. Возможно, это связано с активностью нашей IT-индустрии. Я могу предположить, что это связано с поисковой оптимизацией.

Юрий Зиссер:
Но наше место в мировом рейтинге по спаму понизилось: мы уже не в первой пятерке, а во втором десятке.

Насколько я понимаю, мобильный трафик продолжает расти. Удовлетворяются ли растущие потребности пользователей?

Михаил Дорошевич:
Мы начали разделять трафик на PC-трафик и non-PC-трафик, потому что к мобильному трафику относятся и планшеты. Мобильный трафик находится на уровне 5-7%. В Дании это 35%, в Словакии – 25%. По новостным сайтам доля мобильных просмотров выше, и за этот год доля выросла практически у всех на 5-6%. Белорусские 5% мобильного трафика раскладываются на 3,5% мобильных телефонов и 1,5% трафика планшетов.



Одним из примечательных событий стал запуск тестовой зоны LTE оператором beCloud. Как вы думаете, будет у нас LTE в ближайшее время?

Михаил Дорошевич:
Я думаю, что всякие технические новинки – это только хорошо. Это вторая попытка, и хотелось бы, чтобы она была более продолжительной. Потому что там, где работала зона LTE, она работала хорошо.

Владимир Басько:
Вопрос не только в технологии передачи, но и в том, есть ли сервисы и ресурсы, которые актуальны именно для этой технологии. С одной стороны, мобильность – это инструмент доступа, а с другой – оператор сотовой связи или фиксированная связь. Я думаю, что LTE добавит мобильности и для гаджетов, отличных от смартфонов и планшетов (ноутбуков и даже стационарных компьютеров).

Михаил Дорошевич:
Место Республики Беларусь в мировом рейтинге по спаму связано с защитой персональных данных и безопасностью использования интернета. Если мобильные операторы столкнутся с мобильным спамом, это заставит задуматься об образовании и медиаграмотности.

Эдвард Сноуден поспособствовал привлечению внимания к проблеме приватности и защиты персональных данных. Приведет ли это к "перезащищенности" интернета? Может, появятся национальные сегменты сети? Приведет ли это к дроблению всемирной паутины?

Юрий Зиссер:
До сих пор в этом преуспела только Северная Корея. Там у рядовых пользователей просто не существует доступа к внешнему шлюзу. Интернет устроен так, что любой пользователь может получить доступ к любым данным. И китайский firewall тоже бессилен. И правоохранительные органы никогда не перестанут лезть в частную жизнь граждан. Если допустить, что у них не будет доступа к переписке или еще чему-то, они не смогут раскрыть ни одного преступления. В Беларуси принят настолько жесткий закон "Об информации, информатизации и защите информации", что уже год не могут запустить Единый портал госуслуг, потому что для этого нужно многое изменить в законодательстве. По нашему закону даже фамилия, имя и отчество являются персональными данными.

Владимир Басько
: Я не думаю, что действия Сноудена приведут к значимому сокращению числа интернет-пользователей. Кроме того, люди должны понимать, что выкладывать данные о себе в интернете — это всё равно, что выходить на площадь и громко кричать о себе. Сейчас молодежь не задумывается и выкладывает даже то, что и без спецслужб выкладывать не стоило бы, а потом жалеет об этом. Это тоже элемент образования.

Доля интернет-рекламы растет и постепенно стремится к доле, которую занимает ТВ.

Юрий Зиссер
: До телевидения очень далеко. Более того, телевидение само растет и занимает больше половины рынка рекламы. Интернет-реклама тоже растет, но 10-14% - это ничего по сравнению с 50-60% процентами у ТВ.

Михаил Дорошевич
: Рост интернет-аудитории приводит к росту объема рынка интернет-рекламы, потому что рекламодатели видят растущее число пользователей. Более того, в интернете находится самая интересная для рекламодателей аудитория в возрасте 20-45 лет. Осенью начали обсуждать важные вопросы: догнали ли крупные интернет-ресурсы по аудитории популярные ТВ-каналы. Догнали. Интернет пока проигрывает по времени, проводимому пользователями в сети.

Владимир Басько
: Я хотел бы отметить преимущество интернет-рекламы. В этом году я стал получать рекламу, которая коррелирует с моими интересами. И чем дальше, тем точнее.

Юрий Зиссер: Это мировой тренд, который называется big data — работа с большими объемами данных и персонализация контента.

Михаил Дорошевич: По поводу ретаргетинга новогодняя шутка: ретаргетинг очень опасная вещь, если вашим браузером пользуются те, кому вы ищете подарок.



Huawei выразила заинтересованность в создании в Беларуси Центра научных разработок. Говорилось и о планах по запуску производства ZTE, Huawei и Lenovo в Китайско-белорусском индустриальном парке (КБИП). Насколько это важно и нужно для нашей экономики? К чему это может привести?

Владимир Басько: Вопрос очень тонкий. Конечно, нам интересно сотрудничать с китайскими компаниями и нужно приветствовать их желание сделать что-то совместное, в том числе на территории Беларуси. Что же мы реально можем им предложить, что соответствовало бы нашим интересам и позитивным трендам? Китайская модель — использование массового низкооплачиваемого труда. У нас же недостаток рабочих рук. У них недостаток рабочих голов. Если двигаться в этом направлении, нужно искать то, что будет интересно обеим сторонам. Мы хотим перевести свою индустрию в нишу с более высокой добавленной стоимостью.

Юрий Зиссер: Китайско-белорусский индустриальный парк, если он когда-нибудь станет реальностью, будет расположен под Смолевичами. Жители близлежащих деревень будут работать на производстве. А смысл в том, чтобы приблизить сборку к Европе. А в Китае уже вовсе и не дешевая сборка, там уровень жизни стремительно растет.

Владимир Басько: Вы предлагаете высвободить рабочие руки на предприятиях, которые недостаточно эффективны и загружены, и направить их на предприятия будущего парка? Если такая модель будет реализована — а это не так просто — наверное, всё возможно.

Юрий Зиссер: Всё решит конкуренция зарплат: если там будет хорошо платить, туда люди даже из городов ездить будут. Если не будут платить, то предприятие просто не состоится.

Владимир Басько: Я достаточно оптимистичен в том, что проект может состояться. Ведь есть мелкосерийное производство. Часть из них строится на последних достижениях исследователей. Тут может сработать союз ученых и промышленности. Пусть даже разработки не наши, за счет компетенций можно стать early adapters –теми, кто быстро адаптирует новые технологии и пускает их в мелкие серии. Это одна из моделей, по которым может быть построена работа КБИП. Хочу заметить, что резидентами КБИП может быть предприятия любой национальной принадлежности.



В 2013 году в Минке открылась Компьютерная академия "ШАГ", Itransition презентовал QA-академию, ПВТ заявил о планах по открытию собственного университета. Поможет ли это закрыть нынешний дефицит кадров в ИТ? Правильные ли действия сейчас совершаются?

Владимир Басько: Та модель, по которой наша ИТ-индустрия развивалась в прошедшие 10 лет, поглотит всех, кого подготовит любая система образования. Дефицит ИТ-специалистов в мире только растет. Если в ЕС ничего не поменяется, то к 2015 году там будет 900 000 вакансий в ИТ. Без изменения модели мы никогда не сможем закрыть этот дефицит. Индустрия должна диверсифицироваться, и тенденции есть. И вопрос в том, какой будет специализация нашей ИТ-индустрии на внешнем рынке в ближайшее время.

Юрий Зиссер: Я уверен, что специализация изменится — мы уйдем от аутсорсинговой модели к продуктовой. Хотя бы из-за програмистских зарплат, которые достигли таких высот, что по аутсорсингу мы уже не конкурентоспособны.

Михаил Дорошевич: Образование лишним не бывает. Чем больше образовательных инициатив, тем лучше.

Владимир Басько
: То, что система ИТ-образования и подготовки пользователей должна развиваться, несомненно. При этом она не будет в ущерб нашей фундаментальной основной системе ИТ-образования — я в этом практически не сомневаюсь. Мы в этом году подтолкнули инициативу, по которой новые учебные заведения, которые предоставляют дополнительное образование, должны начать взаимодействовать между собой. На начальном этапе лидеры ИТ-образования боялись, что они будут конкурировать и делить общий пирог. В итоге они увидели, что рынок настолько велик, что их ниши практически не соприкасаются. Т.е. есть поле для деятельности у тех, кто готов создавать новые образовательные учреждения.

Не потеряют ли государственные ВУЗы своих студентов?

Владимир Басько: Кому-то нужны именно специалисты с университетским образованием, которые могут сами разбираться и доучиваться. А кому-то нужны интеллектуальные пролетарии — люди, которые знают определенную технологию написания кода и успешно ею пользуются. Университеты не пострадают. Конечно, они должны будут адаптироваться и совершенствоваться — и всё у них будет в порядке. Недавно в одном из крупных американских поисковиков вакансий я ввел запрос "data scientist" - 8 000 вакансий.
Нужные услуги в нужный момент
{banner_819}{banner_825}
-20%
-35%
-10%
-35%
-10%
-10%
-20%
-25%
-50%
-13%