Офтоп


Разведслужбы все больше опасаются "эффекта Сноудена", то есть того, что один человек может унести на флешке тысячи секретных документов, пишет французское издание "Atlantico". Техника стала ахиллесовой пятой разведки?

Atlantico: Недавно советник Белого дома по стратегическим вопросам Бен Родс (Ben Rhodes) говорил о возникшем в спецслужбах "эффекте Сноудена": сейчас они начинают беспокоиться о том, что информация об их операциях может утечь в прессу. В частности, все это связано с растущей информатизацией американских разведывательных систем. Можно ли сказать, что стремление Вашингтона к полностью электронной системе в конечном итоге обернулось против него?

Ален Шуэ: Техническую разведку нельзя назвать в большей или меньшей степени уязвимой для "утечек", чем традиционную, людскую разведку, если один из участвующих в процессе людей выставляет его подробности на всеобщее обозрение.

Самое удивительное в деле Сноудена заключается в том, что несмотря на крайне жесткую систему допуска и защиты государственной тайны (в США она одна из самых ограничительных в мире), одному человеку весьма невысокого положения в иерархии удалось получить доступ к огромному объему данных, скопировать их, сбежать и раскрыть их общественности. То же самое было и в деле Wikileaks с публикацией тысяч конфиденциальных телеграмм из американской дипломатической переписки.

Перевод данных на цифровую основу, разумеется, создает определенные проблемы (на одном диске или флешке можно разместить десятки тысяч документов, а сбежать с ними гораздо проще, чем с многотонным бумажным эквивалентом), однако это не объясняет дыр в системе защиты конфиденциальных данных, которые американские спецслужбы так умело находят у других. Поэтому теперь Вашингтону следует досконально пересмотреть всю систему.

- Некоторые считают, что мощь таких систем, как PRISM, на самом деле сильно преувеличена, так как колоссальные объемы данных, которые они позволяют собрать, чаще всего просто невозможно проанализировать из-за нехватки людских ресурсов. Обоснованы ли такие утверждения?

- Подобные утверждения свидетельствуют об абсолютном непонимании реалий и задач технической разведки. Современные средства технической разведки ориентированы в первую очередь на метаданные, то есть на размещение, принципы работы и окружение отправителей и получателей сигналов. Таким образом, если мобильный телефон, с которого обычно совершаются звонки из парижского региона в Марсель, внезапно начинает использоваться для связи с Сирией и Афганистаном, становится очевидно, что происходит что-то ненормальное, и уже в этот момент начинается анализ содержимого. Метаданные прекрасно подходят для массовой обработки информации в реальном времени.

В декабре 2012 года и январе 2013 года АНБ перехватило 70 миллионов разговоров во Франции, однако это было нужно не для анализа их содержимого, а составления "картографии" сетей знающих друг друга людей. В это праздничное время года большинство людей вспоминают обо всех, даже эпизодических знакомых. В результате формируется база данных, на основании которой в дальнейшем можно выявлять аномалии и расширять исследование этих аномальных случаев.

- Кроме того, нередко можно услышать хвалебные отзывы о французских разведслужбах, которые в большей степени опираются на людской персонал. Как именно тут обстоят дела?

- С момента создания в 1962 году АНБ совершенно официально поручено собирать по всему миру с помощью технических средств любые данные, которые могут так или иначе затрагивать безопасность и интересы США. Поэтому вряд ли можно упрекнуть агентство в эффективном выполнении возложенной на него функции. Оно ведет эту работу тем шире и с тем большим рвением, что, как и перед всеми службами и ведомствами в Америке, перед ней стоят жесткие императивы количественных результатов: количество всегда легко и быстрее оценить, чем качество. Техническая разведка легко поддается такой количественной отчетности (например, по объемам перехваченных разговоров), тогда как людская разведка может стать предметом споров и критики.

Наконец, техническая разведка связана с относительно небольшими политическими и тем более личными рисками, потому что вся ответственность ложится на того, кто отдает распоряжения. С обычными разведчиками, которым нужно проникнуть на заданную территорию, все обстоит совершенно иначе. Все это подтолкнуло американские правительства к тому, чтобы сделать ставку на технические средства разведки и несколько отойти от использования людских ресурсов, которые, к большому сожалению для Белого дома, чаще не подтверждали выбранные им стратегические варианты во время двух мандатов Буша-младшего...

"Маленькие" разведслужбы европейских государств (в том числе и Франции) априори не располагают такими широкими финансовыми и техническими возможностями. Поэтому они вынуждены придерживаться более простой стратегии, в которой лучше уравновешены людские и технические ресурсы.

- Существует ли некая идеальная конфигурация? Как лучше всего уравновесить электронные и людские ресурсы в разведке?

- Одно неотделимо от другого. Техническая разведка нужна для получения информации о контактах, которые могут представлять опасность для нашего национального сообщества. Тем не менее, проблема технических средств в том, что наблюдатель никак не контролирует ситуацию и может услышать лишь то, что считают нужным сказать сами собеседники. Кроме того, тут возникает риск дезинформации, если те знают, что их прослушивают. В любом случае, техника позволяет дать общую оценку, подтвердить гипотезы и показатели, отследить развитие событий. Тем не менее, если нам нужно пойти дальше, понять намерения людей (в этом и заключается конечная цель любой разведки), нужно дойти до источника этих самых намерений, чего невозможно достичь без сотрудника-человека.

Таким образом, для разведки, разумеется, важно знать, что тот или иной лидер исламистов общается электронным путем с тем или иным сообщником в том или ином месте. Это нужно, чтобы нейтрализовать его. Кроме того, не менее важно знать и его намерения, о которых он, ясное дело, будет говорить не по телефону (если, конечно, не полный идиот), а при личной встрече с узким кругом знакомых в недоступных для прослушки местах. 
{banner_819}{banner_825}
-60%
-10%
-10%
-25%
-20%
-11%
-60%
-10%
-20%