108 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Где поесть утром? Фудблогеры советуют самые красивые завтраки в городе
  2. Изучаем весенний автоконфискат. Ищем посвежее, получше и сравниваем с ценами на рынке
  3. Кто стоит за BYPOL — инициативой, которая публикует громкие расследования и телефонные сливы
  4. Помните, сколько стоили машины на авторынке в Малиновке 20 лет назад? Сравнили с современными аналогами
  5. BYPOL выпустил отчет о применении оружия силовиками. Изучили его и рассказываем основное
  6. На ЧМ эту биатлонистку хейтили и отправляли домой, а вчера она затащила белорусок на пьедестал
  7. «Очень сожалею, что я тренируюсь не на «Аисте». Посмотрели, на каких велосипедах ездит семья Лукашенко
  8. На 1000 мужчин приходится 1163 женщины. Что о белорусках рассказали в Белстате
  9. На воскресенье объявлен оранжевый уровень опасности
  10. Минздрав сообщил свежую статистику по коронавирусу в стране
  11. «Хлеба купить не могу». Работники колхоза говорят, что они еще не получили зарплату за декабрь
  12. «Можно понять масштаб бедствия». Гендиректор «Белавиа» — про новые и старые направления и цены на билеты
  13. Россия анонсировала в марте совместные с Беларусью учения. В том числе — под Осиповичами
  14. «Кошмар любого организатора». Большой фестиваль современного искусства отменили за сутки до начала
  15. Минское море, шествие в центре и свадебный кортеж. Фото Минска, которые сняла француженка в 1978-м
  16. «Танцуем, а мое лицо прямо напротив ее груди». История семьи, где жена выше мужа (намного!)
  17. Оловянное войско. Как учитель из Гродно преподает школьникам историю с солдатиками и солидами
  18. Стачка — за разрыв договора, профсоюзы — против. Что сейчас происходит вокруг «Беларуськалия» и Yara
  19. Как заботиться о сердце после ковида и сколько фруктов нужно в день? Все про здоровье за неделю
  20. Я живу в Абрамово. Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать
  21. «Прошло минут 30, и началось маски-шоу». Задержанные на студенческом мероприятии о том, как это было
  22. «Если вернуться, я бы ее не отговаривал от «Весны». Разговор с мужем волонтера Рабковой. Ей грозит 12 лет тюрьмы
  23. Еще 68,9 млн долларов. Минфин в феврале продолжил наращивать внутренний валютный долг
  24. Стильно и минималистично. В ЦУМе появились необычные витрины из декоративных панелей
  25. Минское «Динамо» в третий раз проиграло питерскому СКА в Кубке Гагарина
  26. «Молодежь берет упаковками». Покупатели и продавцы — о букетах с тюльпанами к 8 Марта
  27. Минздрав опубликовал свежую статистику по коронавирусу: снова 9 умерших
  28. Что критики пишут о фильме про белорусский протест, показанном на кинофестивале в Берлине?
  29. Суды над студентами и «Я — политзаключенная». Что происходило в Беларуси и за ее пределами 7 марта
  30. «Ушло вдвое больше дров». Дорого ли выращивать тюльпаны и как к 8 марта изменились цены на цветы


Дмитрий Целиков,

То "смена парадигм", то "бардак и безответственность": всего за пару месяцев две статьи, открывавшие простые пути к превращению взрослых клеток в стволовые, трансформировались из эпохальных в сомнительные.



От исследований в области стволовых клеток ждут медицинской революции, но что-то подозрительно часто ученых обвиняют в недобросовестности. Дабы прояснить ситуацию, журнал New Scientist анонимно опросил тысячу специалистов со всего мира.

Ответило более 110 человек. Одни признали, что лгут о результатах своих штудий, другие пожаловались на неэтичное поведение своего руководства, третьи переложили ответственность на престижные журналы. В целом картина такая: эта область исследований испытывает сильное давление со стороны общества, ожидающего панацеи, и находятся такие ученые и администраторы, которые стараются бессовестно извлечь из этого выгоду.

Чуть больше половины респондентов считают, что исследование стволовых клеток находится под более пристальным наблюдением, чем другие биомедицинские области. "Это все потому, что последствия для клинической практики здесь более существенны", — пояснил один из ученых.

Почти пятая часть ответивших призналась, что это сказывается на их работе. Одни сказали, что в результате строже относятся к своему делу, а другие — что спешат найти клиническое применение как можно скорей.

16% отметили, что чувствовали потребность отправить статью по результатам неоконченного исследования или с непроверенными сведениями. "Публиковаться надо, чтобы получить финансирование, — заметил один из респондентов. — Приходится срезать углы".
 
"Это происходит, когда мы узнаем, что конкуренты собираются опубликовать то же самое"
, — подчеркнул другой.

Публикуйся или умри — этот принцип не метафора. "Пошевеливайся, а то упустишь возможность карьерного роста", — так сформулировал его один из ответивших.

Трое заявили, что коллеги или начальство уговаривали их согласиться на фальсификацию данных или совершить другой неэтичный поступок. Пятеро ответили утвердительно на вопрос, занимались ли они фальсификаций данных, которые в итоге были опубликованы.

Руководители научных коллективов, утверждают респонденты, не всегда ведут себя добросовестно. "Иногда им очень нравятся результаты, и мы боимся сказать, что эти данные будет очень сложно воспроизвести", — вот один из отзывов. "Порой, когда статья оспаривается, ее ведущему автору приходится оправдываться, хотя он даже не знает толком ее содержания", — гласит другой.

Еще одна проблема — некорректная интерпретация результатов: "Умышленно игнорируются неудобные данные, лишь бы обосновать те выводы, которые хочется сделать".

Итоги опроса напоминают результаты исследования, проведенного в 2009 году и охватившего все области науки, напоминает Иван Оранский, соучредитель сайта Retraction Watch, который занимается мониторингом случаев отзыва научных работ.
 
Тогда 2% признались в фальсификации и фабрикации данных, а в целом примерно каждый третий не стал скрывать, что хотя бы раз был вовлечен в те или иные темные делишки.

Но вернемся к New Scientist. Досталось и журналам: "Этап рецензирования превратился в площадку для саморекламы". "Журналы требуют описания сложных, дорогих и трудоемких экспериментов, а доказательство научности сделанных выводов их не интересует".

Ругают и журналистов, у которых хватает терпения только на пять минут, когда они слушают пояснения ученых. Именно они, полагают исследователи, раздули тему стволовых клеток и объявили их панацеей.

Тем не менее (вздох облегчения) большинство респондентов считает, что данная область развивается в правильном направлении, несмотря на все трудности: "Да, скандалы случаются, но давайте не будем освистывать всю область исследований, чтобы ненароком с водой не выплеснуть ребенка".

Оспоренные статьи были опубликованы в журнале Nature, который любит хвастаться строгим подходом к отбору материала. Ведущим автором и одной, и другой является Харуко Обоката из Центра биологии развития Института физико-химических исследований RIKEN в Кобе (Япония). Соавтор одной из работ Чарльз Ваканти из Гарвардской медицинской школы (США) обнародовал подробные инструкции в помощь желающим воспроизвести результаты. Кеннет Ли из Китайского университета Гонконга ведет блог о своих попытках ими воспользоваться.

Ваканти считает, что полученные его группой результаты слишком важны, чтобы отозвать статью из-за "небольших неточностей". 
-30%
-15%
-12%
-15%
-20%
-15%
-10%