Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

В Беларуси


/ /

Ошмянская школа-интернат находится прямо на въезде в город по улице Советской. Когда-то здесь была тюрьма, затем польская гимназия, а после войны — педучилище. Сейчас здесь воспитывается около 50 детей, для которых в стенах интерната работают целых четыре музея, — этнографический, исторический, художественный и радиотехники. Последний создан на основе личной коллекции Валерия Печковского, которую белорус собирал несколько лет.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Настоящий хозяин

Чистые дорожки, ухоженные газоны с цветами, покрашенные домики — до поездки школа-интернат представлялась более унылым местом. До того как попасть к основному месту нашей поездки — музею радиотехники, директор школы Владимир Бизюк организовал нам небольшую экскурсию по территории учебного заведения.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Учебные корпуса. В зданиях из красного кирпича в начале прошлого века размещалась польская гимназия

Владимир Александрович руководит школой-интернатом уже более 20 лет, порядок, который мы видим, — наглядный результат твердой хозяйской руки. Он знает всех детей по именам, организовал в интернате прекрасные условия для жизни и учебы, появились несколько мастерских.

В ткацкой стоит несколько итальянских швейных станков, которые школе подарил иностранный гость. «Они, конечно, далеко не новые, один пришлось немного подремонтировать — но зато все работает», — рассказывает директор.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Директор школы-интерната Владимир Бизюк

В столярной мастерской, помимо старых станков, стоящих еще с советских времен, установлены более современные зарубежные с микропроцессорным управлением. На одном из столов стоят огромные тиски. «Лежали у кого-то в сарае, хотели выкинуть, представляете. А мы приехали, забрали и пользуемся уже несколько лет».

Сделанная руками учащихся мебель, различная деревянная утварь, сшитые полотенца и вязаные шарфы (отличного, кстати, качества) никуда не пропадают — в интернате есть небольшой магазин, открытый для всех желающих, где можно приобрести все это за смешные по нынешним временам деньги.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

К примеру, деревянная разделочная доска продается за 50 тысяч рублей, детский стульчик из дуба — за 100 тысяч, льняное кухонное полотенце — 30 тысяч рублей, вязаный шарф — 50 тысяч рублей. Вырученные от продажи деньги позволяют сократить расходы государства на учебу и проживание детей в интернате — учебное заведение на частичном хозрасчете.

Все музеи в интернате — тоже инициатива Владимира Александровича. В музее истории можно посмотреть, как польская гимназия преобразилась в педучилище и затем в школу-интернат, узнать о выдающихся выпускниках учебного заведения, среди которых — чемпион мира по пауэрлифтингу и писатель-публицист. А в музее этнографии дети узнают, как жили и чем пользовались наши предки.

И вот мы подходим к музею радиотехники.

— Многие знают о нашем музее и несут старую технику, которая завалялась на чердаках и в подвалах. И вот как-то принесли добрые люди старый цветной нерабочий «Горизонт-206» — для коллекции. А мы покопались, починили — и поставили детям. Пусть мультики смотрят, зачем ему здесь пылиться, — смеется Владимир Александрович.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

«А какой он тяжелый — еле доперли»

Коллекцию старых магнитофонов, проигрывателей и радиоприемников собрал хороший знакомый Владимира Бизюка — Валерий Францевич Печковский, который перехватил эстафету экскурсовода уже в музее.

Валерию Францевичу скоро уже 55 лет. Родился и вырос на Ошмянщине, учился в Вильнюсе и Минске. Вся трудовая биография связана с Ошмянами и районом, где он работал в разных организациях и разных должностях, связанных с электричеством.

Последнее время работает в старейшей белорусской электромонтажной организации «Белэлектромонтаж» начальником отдела на строящейся Островецкой АЭС. Живет в деревне Краковка неподалеку от Ошмян.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Валерий Францевич Печковский рядом с макетом будущей белорусской АЭС

Комната-музей в пару десятков квадратных метров снизу доверху заставлена старой техникой — радиолами, проигрывателями пластинок, радиоприемниками, кассетными и бобинными магнитофонами и даже граммофонами — всего более 70 устройств.

К каждому экспонату распечатана подпись с названием модели и годом выпуска. Тут же находится самостоятельно собранный школьниками макет строящейся белорусской АЭС.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
КВН-49

— Ну тот телевизор не раритет — вот настоящий раритет, — Валерий Францевич показывает на старенький КВН-49 с крошечным экраном и огромным деревянным корпусом. Телевизор занимает центральное место экспозиции. — Это первый отечественный телевизор, который старше всех нас, к сожалению, его уже не починишь — выгорел кинескоп, а где сейчас взять новый? — сетует коллекционер.

— А какой тяжелый он, вдвоем еле доперли. Хотя кажется небольшим, — смеется директор интерната.

— Да, металла раньше не жалели. Смотришь на все эти старые аппараты — «Минск Р-7», «Беларусь-58», «Рекорд» — поражает их качество, и выглядят они, как сейчас любят говорить, «по-богатому», — продолжает Валерий Францевич. — Иметь их тогда в квартире или доме было действительно престижно.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

«Меня это слово „музей“ зацепило прямо!»

Коллекционер рассказал, что собирать технику стал абсолютно случайно.

— Я живу в обыкновенном сельском доме с мансардой. И вот много лет на ней пылилась старая техника — несколько радиол, граммофон, телевизор «Березка» из 60-х. Никто особо на них внимания не обращал.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Но как-то несколько лет назад приехали к нам в гости родственники из Москвы, в том числе молодежь, которая ночевала на мансарде. И одна из девушек в соцсети сделала целый репортаж о том, что, мол, дядька собрал у себя в доме небольшой музей старой техники. Меня это слово «музей» зацепило прямо!

И я пошел по знакомым, по пограничным деревням собирать новые экспонаты. И что вы думаете — пролет жесточайший! Кто-то по хатам уже прошелся как следует, и теперь там пусто. Ну, а дальше что — то «наливом», то обменом, то через интернет-барахолки начал потихоньку собирать коллекцию. Халявы здесь было мало…

В один прекрасный момент мансарда деревенского дома уже не могла вместить в себя коллекцию, и Валерий Францевич обратился к Владимиру Бизюку — директору школы-интерната.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

— Здесь, в этой комнатке, на тот момент уже была небольшая коллекция старых устройств. Разные старые лампы, линзы, объективы. Так что мои приемники стали гармоничным дополнением.

Ведь кто увидит эту коллекцию у меня дома — родственники, пара друзей, а здесь же поток людей, различные делегации, иностранные гости, детишки в конце концов, для которых проводятся занятия по истории радиотехники. Не всем, но многим интересно! Конечно же, делается это не ради денег — вход в музей бесплатный для всех желающих.

60 долларов за советскую радиолу

Валерий Францевич рассказывает, что отдавал за аппараты по 10, 20, 30 долларов. Самый дорогой в 60 обошелся — это радиола «Минск Р-7» 1955 года.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Ламповая радиола ''Минск Р-7''

— Много денег, понятно, я тратить не мог. Поэтому в моей коллекции в основном именно советская техника.

Хотя есть и исключение: я просто не мог отказать этому раритету — ГДР-овскому радиоприемнику «Rema 2001». Уникальность устройства в том, что его УКВ-диапазон «захватывал» и советские, и западные частоты — можно было послушать зарубежную эстраду.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

— А вот еще один интересный экспонат — это переходная модель между патефоном и компактным проигрывателем, — рассказывает Валерий Францевич о так называемой фоноле модели «Концертный».

Здесь находится только звукосниматель и электродвигатель, а для получения звука ее нужно было подключать к радиоле — использовался ее динамик и усилитель. Такие варианты, кстати, были редки и не совсем популярны у народа.

«Вот я 61-го года, а лампа — 52-го»

— Чего-то прямо эксклюзивного здесь нет. Все собранные здесь модели в свое время широко продавались в Союзе. Но по текущим меркам это, конечно, раритеты, — рассказывает коллекционер.

А вообще, генеральная мысль такая: заходит человек старшего поколения в музей, попадает в детство и восклицает: «О, у меня такой был», «А у меня — вон тот до сих пор стоит». Никаких критериев отбора в коллекцию не было. Я не брал только то, что уже есть.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Коллекционер рассказывает, что для него уникальной моделью является радиоприемник «Альпинист-405»:

— В 1976 году мне его подарили на пятнадцатилетие мои тетки. А тогда как раз на 9 Мая вышла песня «День Победы». И я хожу такой гордый по улице, на всю громкость эту песню слушаю — такое счастье было!

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

— А вот с этим магнитофоном — «Легенда-404» — у меня тоже очень теплые воспоминания, — с ноткой ностальгии в голосе продолжает Владимир Францевич. — Это первая серьезная покупка за свои деньги.

В свое время я учился в электромеханическом техникуме в Вильнюсе, по субботам ездил домой, где родители выделяли мне 10 рублей на следующую неделю. Но тогда питаться можно было и дешевле, и я рублик-другой зажимал. Потом, я получал повышенную стипендию, но не признавался родителям в этом — а это еще плюс 4 рубля в месяц. И так за первый курс я собрал 60 рублей. На втором курсе в сентябре нас отправили «на картошку» и заплатили аж по 60 рублей. Еще 20 рублей я получил за подработку на заводе. И вот они заветные 140 рублей. Счастью моему не было предела!

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
«Легенда-404»

В коллекцию попадали приемники в любом состоянии, но подавляющее большинство из них все-таки рабочие — что-то функционировало изначально, что-то чинил сам Владимир Францевич. «Жаль, что не включается этот VEF-697, 1947 года выпуска, но восстановить его очень сложно — одна лампа стоит около 50 долларов».

— Кстати, у нас тут собрана отдельная коллекция ламп для старых приемников. В случае чего и починить что-нибудь сможем, — добавляет директор интерната и смеется: Вот я 55-го года, а лампа — 52-го.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Теплый ламповый звук

Мы попросили Валерия Францевича запустить один из раритетов — радиолу «Ригонда». Щелкнул тумблер, но несколько секунд ничего не происходило.

— Сейчас-сейчас, лампы прогреются, не всё так быстро, — улыбнулся коллекционер. — Учитывая, что они старые, процесс может занять несколько минут.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Владимир Бизюк и Валерий Печковский пытаются включить «Ригонду»

И вот спустя минуту мы все-таки услышали треск приемника, но словить радиоволну было нельзя — отсутствовала антенна. Зато можно послушать пластинку.

К сожалению, видеозапись не позволяет в полной мере передать этот глубокий, натуральный, «теплый ламповый» звук устройства из прошлого века, но все же послушайте:

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Заработал и бобинный магнитофон «Юпитер-202» 1974 года выпуска. Качество звука у него оказалось похуже, чем у радиолы.

— Конденсаторы подсохли уже, — посетовал Валерий Францевич. — Поэтому низких частот не хватает.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Интересные детали, которые мало кто сейчас знает: на магнитофоне был механический счетчик метров (чтобы примерно знать, где какая песня) и переключатель скорости (чем выше скорость, тем выше качество звука — в данном случае 19 сантиметров в секунду).

Сколько гигабайт в этой пластинке, какой битрейт?

Помимо советской радиотехники, в небольшом музее интерната можно найти старые пленочные фотоаппараты из 90-х, кассеты, дискеты, старые компьютерные комплектующие.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

— Вот смотрите — Pentium II. Его вы сейчас нигде не найдете — те компьютеры давно разобрали и выбросили, а ведь когда-то, в конце 90-х, это был самый мощный процессор, — рассказывает Владимир Александрович.

Здесь очень часто бывают экскурсии из других школ. Дети берут в руки виниловый диск фирмы «Мелодия», а потом задают вопрос: «А сколько здесь гигабайт, какой битрейт?». И ладно б это были шутки, но нет — частый и вполне серьезный вопрос.

А вообще детям все это интересно, правда, не всем. Они сравнивают флешку, на которую можно записать огромное количество песен, с «древней» дискетой — трехмерной иконкой кнопки «Сохранить», понимая, что принцип действия у них похожий. Назначение магнитной ленты тоже им понятно, и они уже понимают, насколько раньше было сложно — попробуй быстро найти на бобине нужную песню! А сейчас это делается в два нажатия.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

—  А вот уоки-токи, детская рация. Можно говорить на одном канале на расстоянии до 200−300 метров. И у детей сразу разочарование такое — это же близко не сравнится с современными телефонами!

Но есть и другая сторона. Приходит ко мне приятель, которому дети подарили крошечный проигрыватель с наушниками. Почини, говорит, не работает. А я ему — к сожалению, никак. Эти вещи уже не чинятся — ремонт тебе обойдется дороже нового. И он очень сильно разочаровался, конечно, в современных устройствах, ведь раньше все было намного проще.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Дальнейшее расширение упирается в финансы

— Планы по расширению, конечно же, есть, — рассказал Валерий Францевич. — Хочется увеличить коллекцию радиоприемников, убрать какие-то пробелы. Но, скажу честно, халявы уже нет. Люди прочувствовали, что старая техника тоже стоит денег, и купить ее за пару десятков долларов уже практически невозможно.

— Хотим отремонтировать в подвале большое помещение, чтобы аккуратно расставить все эти экспонаты — по эпохам, направлениям. Потом сформировать родственные разделы — по вычислительной технике, оптике, например, — заканчивает экскурсию директор интерната. — Думаю, что это время придет. Ведь чтобы понять суть современных устройств, нужно все равно начинать со старой техники.

*

Если у вас вдруг сохранилась старая советская аудиотехника, которую вы можете передать в музей, напишите, пожалуйста Валерию Францевичу — pevaler61@mail.ru.

Читайте также:

Один на всю страну: первый телевизор в Беларуси был самодельным

Нужные услуги в нужный момент