• В Беларуси
  • Наука
  • Интернет и связь
  • Гаджеты
  • Игры
  • Оружие
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС


1 ноября в Минске проходил марш против террора — шествие направлялось к Куропатам. В итоге было задержано около 300 человек, впоследствии 231 из них стали подозреваемыми по уголовному делу. Сотрудник Академии наук Андрей — один из задержанных в тот день. Причем его взяли уже после окончания акции, а спустя несколько часов он попал в больницу с сотрясением мозга и многочисленными ушибами. Но, как ни странно, после этого с ним никто не связывался — ни по собственно задержанию, ни по травмам. Он рассказал 42.TUT.BY свою историю.

Минск 1 ноября. Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY
Минск 1 ноября. Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Андрей Я. работает младшим научным сотрудником в одном из подразделений Академии наук. 1 ноября он возвращался домой по Логойскому тракту и был уже довольно далеко от места акции, когда понял, что рядом с ним едет «какой-то странный серый бус». Оттуда на Андрея, по его словам, «выскочили омоновцы» и затолкали его внутрь.

Там у Андрея досмотрели рюкзак, где нашли лазерную указку и бинокль. Указку, говорит собеседник, он просто носил с собой, как и другие канцелярские принадлежности с работы, а бинокль в числе прочего использует, чтобы наблюдать за птицами — у него «много точек пересечения с орнитологами».

После этой находки с Андреем записали ролик, который назавтра показали по государственному телевидению. Это же видео разместили и некоторые провластные Telegram-каналы. На кадрах можно увидеть, как у Андрея спрашивают: «Зачем бинокль?», на что мужчина отвечает: «Птичек смотрю». Также ему задают вопрос, кто светил сотрудникам милиции указкой в глаза, и Андрей говорит: «Не знаю, точно не я».

— После того как они сняли ролик, начали требовать, чтобы я разблокировал свой телефон, — продолжает собеседник. — Я отказался, и меня начали избивать. Били руками, ногами, угрожали убить, повесить, утопить. Еще грозились, что в задницу засунут дубинку, штаны порезали.

Телефон я не разблокировал, они его сломали. После этого меня отвезли в Советское РУВД, отвели в какой-то подвал, где уже стояли другие задержанные люди, составили опись вещей. Причем в протоколе не было уже ни бинокля, ни указки, ни ключей. Но большая часть вещей потом вернулась.

Затем меня вывели во двор. Я уже в том подвале себя неважно чувствовал, а на улице просто стоял у стенки и в один момент начал терять сознание. Кто-то из задержанных был врачом и сразу определил, что у меня сотрясение мозга.

В РУВД мне вызвали скорую — скорая меня там обследовала, а потом отвезла в 5-ю городскую клиническую больницу, где я и пробыл пять дней. Сейчас нахожусь на больничном.

Андрей показал TUT.BY копии результатов осмотра врачами, а также выписной эпикриз, где в графе «диагноз» прописано: «ЧМТ легкой степени, сотрясение головного мозга, перелом передней и верхней стенок левой ВЧП (верхнечелюстной пазухи), ушиб, гематома мягких тканей левой ягодицы и бедра». На фото, снятом в первые дни в больнице, видно, что у него огромная гематома почти на все бедро, а также кровоподтеки вокруг глаз, характерные для сотрясения.

Андрей в больнице. Фото предоставлено героем текста
Андрей в больнице. Фото предоставлено героем текста
Фото предоставлено героем текста
Фото предоставлено героем текста

— Как я себя сейчас чувствую? Уже нормально, я достаточно быстро восстанавливаюсь, — продолжает Андрей. — Единственное неприятное ощущение: переломы все еще немного чувствуются, но, в принципе, нормально. Даже мои друзья удивились, как на мне все так быстро зажило. Психологически — тоже вроде нормально. Я выжил, здоровье вроде бы восстанавливается, и это самое главное.

Он добавляет, что единственное, о чем думал в том микроавтобусе, — это как выжить и минимизировать ущерб. Очутившись в больнице в порванной одежде и со сломанным смартфоном, первым делом Андрей попросил у санитарки телефон и позвонил своей матери — это был единственный номер, который он помнил наизусть. Потом уже о случившемся узнал близкий друг, а за ним и коллеги.

На вопрос, связывались ли с ним сотрудники Следственного комитета, Андрей отвечает отрицательно.

— Этого не было. Как я понял, в те пять дней, что я лежал в больнице, ко мне еще должны были прийти из Следственного комитета, потому что меня задерживали и доставили в больницу из милиции. Но за это время никто обо мне так и не вспомнил.
Когда я недавно более-менее оклемался, то решил забрать свои вещи из РУВД. И мне пришлось несколько раз курсировать между Якуба Коласа, 3 и 9 (адрес РУВД Советского района Минска. — Прим. TUT.BY), чтобы они определились, кто я такой, за что меня задержали и где мои вещи. Мой рюкзак нашелся по чистой случайности: на нем сохранилась бирка с именем. Видимо, там случился какой-то документационный бардак.

Так что пока я просто выжидаю, что же будет дальше. Потому что, сами понимаете, почти всем, кого в тот день задержали, пришили уголовную статью. А мне — только предупреждение.

Андрей говорит о документе, пришедшем на имя его руководителя. В письме, подписанном начальником ГУВД Мингорисполкома Михаилом Грибом, говорится, что «01.11.2020 в отношении (здесь называется фамилия, имя должность нашего собеседника. — Прим. TUT.BY) составлено 2 протокола об административных правонарушениях по статьям 23.34 и 23.4 Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях за участие в несанкционированном массовом мероприятии.

В той связи предлагаем Вам в рамках компетенции провести разъяснительную беседу с (здесь вновь называется имя. — Прим. TUT.BY) о недопустимости подобных действий в дальнейшем и необходимости соблюдения действующего законодательства.

В ходе беседы необходимо довести объективную информацию, в первую очередь размещаемую в государственных СМИ, о деструктивных проявлениях, в том числе со стороны Telegram-каналов и иных масс-медиа, в отношении нашего государства и народа, применяемых при этом фейк-технологиях, попытках манипулирования общественным мнением и поведением различных групп граждан» (копия письма, как и медицинских документов, есть в распоряжении редакции).

Пока эта беседа не проводилась: официально Андрей продолжает находиться на больничном.

— Причем записей о том, что такие протоколы составлялись, в самой милиции нет, и они сами не понимают, что к чему. Так что я пока выжидаю, разве что к правозащитникам обратился. Они посоветовали подождать, посмотреть, что будет, потому что тоже с таким ранее не сталкивались.

Собеседник добавляет, что был приятно удивлен тем, как его поддержали коллеги и друзья. Также, пока Андрей лежал в больнице, другие сотрудники академии заволновались, что его могут уволить. Но официальных бумаг об увольнении сотруднику не поступало. «Да, ходили слухи, но пока вроде все замяли», — говорит он.

Андрей считает, что произошедшее с ним, как и массовые задержания на воскресных акциях и последующие административные и уголовные дела, — это «попытка запугать как можно больше народу».

— Да, страшно, если такое случается с тобой или твоим близким, это очень тяжело. Но что поделать, в такое вот нелегкое время мы живем. И все эти случаи — обычный террор, — говорит он.

-25%
-15%
-21%
-25%
-27%
-10%
-50%
-15%
-10%
-25%
-30%
0068422