• В Беларуси
  • Наука
  • Интернет и связь
  • Гаджеты
  • Игры
  • Оружие
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
  1. «Из-за анорексии попал в реанимацию». История пары, где у одного психическое расстройство
  2. «Бэушка» из США против «бэушки» из Европы: разобрали, какой вариант выгоднее, на конкретных примерах
  3. Минздрав рассказал, сколько пациентов инфицировано COVID-19 за последние сутки и сколько умерло
  4. Звезда белорусской оперы сказал три слова на видео, его уволили «за аморальный проступок» — и суд с этим согласился
  5. Один из почетных консулов Беларуси в Италии подал в отставку из-за несогласия с происходящим после выборов
  6. Могилев лишился двух уникальных имиджевых объектов — башенных часов и горниста (и все из-за политики). Что дальше?
  7. Минское «Динамо» проиграло в гостях питерскому СКА
  8. «Фантастика какая-то». В Гродно начали судить водителя Тихановского, который молчал все следствие
  9. Экс-директору отделения Белгазпромбанка в Могилеве Сергею Кармызову вынесли приговор
  10. Виктора Лукашенко уволят с должности помощника президента
  11. Секс-символ биатлона развелась и снялась для Playboy (но уже закрутила роман с близким другом)
  12. «Врачи нас готовили к смерти Саши». История Марии, у чьей дочери пищевод не соединялся с желудком
  13. Под угрозой даже универсам «Центральный». Что происходит в магазинах «Домашний» из-за проблем сети
  14. Белоруска едет на престижнейший конкурс красоты. И покажет дорогое платье, аналогов которому нет
  15. Показываем, как выглядит часть зданий БПЦ на улице Освобождения, ради которых снесли объекты ИКЦ
  16. «Ситуация, похоже, только ухудшилась». Представитель Верховного комиссара ООН — о правах человека в Беларуси
  17. Защитник Бабарико и Колесниковой подал жалобу в суд на лишение его лицензии, но ему отказали
  18. 57-летняя белоруска выиграла международный конкурс красоты. Помогли уверенность и советы Хижинковой
  19. «Куплен новым в 1981 году в Германии». История 40-летнего Opel Rekord с пробегом 40 тысяч, который продается в Минске
  20. Во всех районах Беларуси упали зарплаты, в некоторых — больше чем на 300 рублей
  21. По Мстиславлю уже 5 месяцев гуляет стадо оленей. Жители говорят, что олениха с детенышем ранена
  22. Александр Лукашенко — больше не президент Национального олимпийского комитета
  23. Рынок лекарств штормит. Посмотрели, как изменились цены на одни и те же препараты с конца 2020-го
  24. Байкеры пытались отбить товарища у неизвестных у ТЦ «Европа». Ими оказались силовики, парней отправили в колонию
  25. «Теряю 2500 рублей». Работники требуют, чтобы «плюшки» были не только членам провластного профсоюза
  26. «Усе зразумелi: вірус існуе, ад яго можна памерці». Год, как в Беларусь пришел COVID: поговорили со вдовой первой жертвы
  27. Судьба ставки рефинансирования, обновленный КоАП, дедлайн по налогам, заморозка цен. Изменения марта
  28. Минчане пришли поставить подпись под обращением к депутату — и получили от 30 базовых до 15 суток
  29. Год назад в Беларуси выявили первый случай COVID-19. Что сделано за год, а что — нет
  30. «Оправдания не принимаются». Лукашенко заявил, что на Олимпиаду надо отправить «боеспособный десант»


AIN.UA

Издание AIN.UA рассказало историю айтишника, который уехал из Беларуси. Он участвовал в протестных акциях после выборов, на одном из митингов его избила милиция, сломала челюсть и руку. За участие в протестах ему грозило заключение от 3 до 6 лет, поэтому он с семьей был вынужден бежать из Беларуси и уже в Украине обратился за юридической помощью к Free Belarus Center. Он пробовал запустить в Киеве криптовалютный бизнес, но из-за бюрократических сложностей ему это не удалось, и сейчас он живет в Праге. Приводим эту историю.

Фото предоставлено спикером. Источник: AIN.UA
Фото предоставлено спикером. Источник: AIN.UA

Денис (имя изменено) в ИТ с 2000 года. Он занимался интерактивным программированием, графикой, Flash, HTML и с 2005 года работал как фрилансер с белорусскими международными компаниями, делал интерактивные сайты, приложения, игры.

На последнем месте работы он работал над казуальными играми, но из-за коронавируса фирма прекратила свою деятельность, так что сейчас Денис вместе с партнером делает игру и параллельно разрабатывает криптовалютного бота.

— Я с 17 лет участвую в митингах. В 2010 году, после того как Лукашенко впервые устроил большой разгон протестующих, мы с женой на три года уехали в Чехию. Я до конца не смог там адаптироваться, в плане работы и социальных связей. Хотел вернуться на родину, там оставалась семья, друзья, это казалось правильным. В 2014 году мы вернулись, у нас родилась дочь, — рассказывает айтишник. — В 2020 году, когда во всем мире случился коронавирус, а наше государство на него никак не отреагировало, это стало красной тряпкой для всех белорусов, появились реальные политические оппоненты на выборах.

Я с начала активно участвовал в самих выборах, ходил на пикеты, записался в инициативную группу по сбору подписей на референдум, но нам просто не дали собраться. Было готово 14 000 волонтеров, но нам просто не дали стадион, где можно было бы собрать такое количество людей. Ходил на предвыборные концерты, которые проводила Тихановская, на сами выборы.

С 9 августа на митинги ходил как на работу, проводил там по 6 часов в день. Просто не мог сидеть дома, для меня это было выражение моей позиции, я понимал, что с этим мириться нельзя. (…)

На вопрос, как же айтишник получил физические травмы, он ответил следующее:

— У меня двое маленьких детей, и я на акциях достаточно осторожно себя вел. Но сложно себя контролировать, когда видишь несправедливость. Я ходил на митинги с 9 августа по 17 сентября, и сначала это было достаточно безопасно. Потом начались жесткие задержания, избиения, пытки, тюрьмы, в которых невозможно находиться.

17 сентября я участвовал в небольшой акции, там было около 40 человек, мы стояли вдоль дороги. Приехал ОМОН, начал задерживать людей. Я смог убежать, но там был мой знакомый, у которого были проблемы с ногой, у него не получалось скрыться. Я попытался за него вступиться. Я ни на кого не нападал, просто пытался оттащить его от этих людей. Мне одним ударом сломали челюсть. Я сразу удара даже не увидел: было холодно, я был в капюшоне. Как потом выяснилось, у них в перчатках были кастеты, ведь обычным ударом челюсть сломать невозможно.

Меня задержали за то, что я напал на милиционера. Была минута, когда я пытался отвлечь их от того парня, я плохо помню этот момент, в процессе я, возможно, защищался от ударов в голову, что они расценили как агрессию в свою сторону (редакция AIN.UA посмотрела видео задержания Дениса: он не нападал на милицию, пытался оттянуть человека, которого они задерживали и били. — Прим. издания).

Денис утверждает, что не лез в драку, и что уже 13 лет практикует йогу и философию ненасилия.

— Я просто пытался забрать у них знакомого, кричал, чтобы его отпустили, — продолжает он. — Меня начали задерживать, я сопротивлялся задержанию, но никого не бил, потому что понимал, что могут быть последствия: они могли меня избить, убить, сделать все что угодно.

На допросе омоновцы сказали, что у них вчетвером не получалось меня скрутить, в итоге меня залили слезоточивым газом до того состояния, что я ничего не соображал, и сгрузили в машину. Меня избивали при задержании, но мне повезло — я почти ничего не чувствовал, видимо, был на адреналине.

— Вам оказывали медицинскую помощь по сломанной челюсти?

Я не сразу понял, что она сломана. Потом почувствовал, что не смыкаются зубы. Когда приехали в РУВД, я уже немного терял сознание, не мог стоять. Со мной провели допрос и уже потом вызвали скорую помощь.

Там мне удалось помочь одному человеку. В камере был человек с инсультом и гипертоническим кризом, ему не вызывали скорую. И когда скорая приехала ко мне, я очень просил врачей, чтобы они его забрали, им этого делать было нельзя, но они в итоге согласились.

Потом я четыре дня лежал под конвоем в больнице. Оказалось, что у меня был двусторонний перелом челюсти, мне сделали шинирование, у меня во рту была проволока сверху и снизу, с резинками, рот закрыть было нельзя. Была сломана рука, мне рассказали, что я ее сломал при падении.

Денис говорит, что на второй день против него выдвинули обвинение по ст. 364 УК РБ — это насилие либо угроза применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел.

— Наше дело считалось особо важным, его вели пять следователей. Все потому, что у товарища, которого я защищал, от слезоточивого газа случился анафилактический шок, он три дня провел в реанимации. Милиционеры говорили, что это не они залили его газом, а протестующие, и квалифицировали это как нападение со спецсредствами. Из-за того, что парень был на грани смерти, открыли уголовное дело на нас, по которому мы с товарищем проходили как подозреваемые. У меня есть видео, которые подтверждают, что я ни на кого не нападал.

По итогам этого видео меня освободили из-под стражи, не посадили в СИЗО. Повезло, что у следователя, который проводил допрос, был тогда последний день работы, и он именно по этому видео провел допрос и меня отпустили. Еще есть версия, что меня выпустили, потому что у них не было ресурсов больше держать конвой в больнице. А в СИЗО меня нельзя было посадить, потому что я тогда был на жидком питании.

— Когда решили бежать из страны?

Я еще три недели лежал в больнице, потом стал ходить на допросы в Следственный комитет. В какой-то момент я пошел на очную ставку и послушал, что говорят те, кто нас задерживали. Они были без формы, чтобы вы понимали, без каких-либо опознавательных знаков. Я не знаю, кто они: ОМОН, спецназ или еще кто-то. Там было двое тех, что меня задерживали, и они свидетельствовали, что я пытался одного из них ударить.

После этого мне сказали, что у меня есть выбор: залог или заключение. В пятницу мне должны были выставить сумму залога, а в четверг я собрался и уехал. Понимал, что хуже уже быть не может: судя по тем делам, которые уже идут в Беларуси, мне бы дали реальный срок от 3 до 6 лет. Никакие видеодоказательства во внимание бы не принимались, а только то, что говорят эти омоновцы. Я уехал, и семья поехала вслед за мной.

У меня был запрет на выезд из страны, поэтому в Украину я въехал нелегально. Я не хотел нарушать закон, у меня не было такой цели. Просто не было другого выхода. Когда я оказался в Киеве, я сразу подался в миграционную службу на статус беженца, чтобы легализоваться.

На данный момент Денис — в процессе оформления статуса беженца и потому не может открыть юрлицо. Запустить бизнес в Украине у него не вышло — айтишник сейчас ищет инвестиции под свой «криптопроект», а украинские банки с криптовалютой пока не работают.

Еще когда он лежал в больнице, то вместе с остальными членами семьи подался на реабилитацию в Чехию. Так что сейчас Денис на реабилитации в Чехии и планирует подавать заявление на получение статуса беженца.

— Я не хотел уезжать из Беларуси, но у меня не было выхода, мне светило 6 лет тюрьмы, — подытоживает мужчина.

-7%
-30%
-45%
-40%
-10%
-20%
-60%
-10%
-10%
-20%
0072641